Послание. Часть 1

И вообще, что такое судьба? Почему одним «везёт», а другие вынуждены скитаться на обломках собственного счастья? Неужели всё заранее предопределено, и ничего нельзя изменить? Кем предопределено?

Эти вопросы начали донимать меня с того момента, когда я поняла, что не всё зависит от человека. Это случилось пять лет назад, когда на моих глазах погиб человек. Он переходил дорогу, и был сбит несущимся с неимоверной скоростью грузовиком. От него осталась огромная лужа крови и расплющенная с переломанными костями масса.

Секунду назад он был ещё жив, у него было множество планов в голове, он не подозревал ни о чём, и вот он лежит бездыханный, никому ненужный посреди дороги, а вокруг толпятся любопытные, чтобы только поглазеть на чужие страдания. Были ли у этого человека какие-то предвестники, знаки, предупреждающие его о неминуемой трагической смерти? А может, накануне ему приснился сон?

Сон? Ах, да, кстати, и мне снились в течение последнего времени какие-то странные сны, и я многое бы дала тем толкователям, которые смогли бы их расшифровать, всё разложив по полочкам моего обострённого разума.

Что же это были за сны? В первом из них я находилась среди безликой массы людей, и мне было страшно от этого. Они метались посреди холодной бездны. Вместо лица на них были одинаковые маски из папье-маше. Затем кто-то показал на меня пальцем:

– Смотрите, она не такая, как мы! – закричал безликий в маске.

И я побежала от них, побежала, потому что они решили поймать меня.

– Машенька, устала, да?

Тётя Клава, а точнее, Клавдия Александровна Метелёва, пенсионерка, одинокая старая женщина, которой я доверяю, и которая присматривает за моими цветами, ввиду того, что я частенько отлучаюсь в командировки, вышла из комнаты с вазой из чешского стекла, до верху наполненную пряниками.

– Да, я очень устала, тётя Клава.

– Ну, как дела-то?

– Плохо. Меня с работы уволили.

– Уволили? Как уволили?

– Сегодня шеф подписал заявление.

– Не может быть.

– В нашей стране всё может быть.

– А я тебе пряников принесла. Попробуй, авось, успокоишься немного. Ну, их, этих начальников. Раздевайся, я сейчас чай поставлю. Покушай хоть немного, сил больше станет.

Тётя Клава уходит на кухню, а я беспомощно скидываю сапоги. Скорее, скорее принять горячую ванну и забыться, забыться, забыться!

…Второй сон мне приснился через неделю после первого. Было темно, и меня почему-то мучил дикий голод. Я сидела в грубом рубище, забившись в тёмный угол.