Душа мертвеца

– С удовольствием, – Мила поднялась с места, прошлась по пустым рядам и вскоре оказалась рядом с Колобовым.

– Вы не забыли насчёт своего обещания?

– Нет.

– Недели через две состоится показ «Дубровского», после этого небольшой творческий перерыв, а затем буду работать над детективом.

– А Вы не покажете мне сценарий?

– Конечно покажу. Там будет в главной роли Ваша Ирочка.

– Кого она будет играть, если не секрет?

– Самую опасную преступницу. По моему сценарию она убивала своих любовников.

– Почему же тогда Вы решили ставить «Дубровского»?

– К сожалению, я не сам себе хозяин, надо мной ещё есть. У нас тоже существуют планы, показатели, впрочем, как и у вас.

– Пожалуй, соглашусь с Вами, показатели существуют везде. Я могу ненадолго похитить Ирину?

– Можете, только ненадолго. Без такой талантливой актрисы мне не обойтись. Я так понимаю, что Вы по делу.

– По делу.

…Жёлтая масляная лужица расплылась в супе, соединилась со сметаной, положенной небольшой порцией на раздаче, от супа исходил специфический аромат укропа. На второе она взяла картофельное пюре и котлету в соусе. Рядом со вторым стоял стакан с чаем и булочка с повидлом. Мила зачерпнула ложку в суп и поднесла её ко рту, подула на горячий пар, надеясь, что первая порция остынет. Ира долго натаивала, чтобы подруга взяла салат из сыра и майонеза с варёным яйцом, но Мила отказалась.

– Я же лопну, – аргументировано ответила она, – И потом, я выложила за этот обед почти пятьдесят рублей. У меня нет таких возможностей. Я не могу каждый день посещать кафе.

– Но ведь у тебя также нет возможностей готовить дома, ты постоянно в бегах, а здесь вкусно кормят.

Мила съела ещё несколько ложек супа, посмотрела на подругу:

– Послушай, у меня к тебе серьёзный разговор. Зачем ты притащила меня сюда?

– Подожди, я покажу тебе ещё кое-что получше, вот тогда ты выложишь мне всё.

На Ирине сегодня было яркое фиолетовое платье, она вообще любила всё броское, запоминающееся, оно здорово шло к её чёрным волосам, закрученным в какую-то замысловатую причёску, умело наложенный грим подчёркивал глубину её томного взгляда, такого же томного, каким глядела со сцены Марья Кириловна. В ушах огромными кольцами, как у цыганки, сверкали серьги.