Радость блаженства

Некоторые книги были красочно иллюстрированы, и от них пахло настоящей типографской краской.

Я перевернула несколько страниц. На одной из них была изображена маленькая светловолосая девочка, спящая в ореховой скорлупе. Я и представить себе не могла, что для кого-то обычная ореховая скорлупа считалась постелью, ведь считалось, что скорлупа – это бесполезный мусор, от которого необходимо избавиться. Тогда я ещё не знала, что это были сказки Адерсена. Я долго разглядывала девочку в скорлупе. Как сладко она спала сейчас! Наверное, она была очень счастлива.

Неужели в гурукуле не обучают чтению? Я надеялась, что это не так, ибо в нашей семье не было безграмотных. Я отвлеклась от своих мыслей, взглянув в глаза Аниты.

Анита искренне радовалась, и это меня удивило, ведь сегодня она должна была уезжать. Обычно перед дальней дорогой люди грустят, у них возникает страх от того, что с ними случится в будущем.

На Аните было голубое сари с блёстками, которое так шло к её загорелому симпатичному лицу. Руки были украшены позолоченными браслетами. Наверное, сама богиня Радха подбирала для неё эти браслеты.

Я протянула книгу Аните.

– Ты уже умеешь читать? – спросила я.

Анита замотала головой:

– Нет, только по слогам. Для этого я и еду в школу.

– Но ведь книга написана не на хинди и не на бенгали, и даже не на телугу, а на каком-то другом языке.

– Это – английский, – с уверенностью произнесла Анита.

– В нашем доме не любят англичан, потому что они чванливые и гордые.

– Однако и среди англичан встречаются довольно милые люди, – сказала Анита.

Я не поверила ей. Разве могут англичане быть «милыми людьми»? С раннего детства мне внушали обратное.

– И ты совсем не испытываешь страха перед поездкой?

– Нет, потому что там, куда я еду – удивительный большой и красивый мир.

– А твоя школа? – спросила я, поражённая ответом подруги.

– О, она трёхэтажная с огромными светлыми и просторными кабинетами. Там много учеников и хорошие учителя. Хочешь, я покажу тебе кое-что?

Я кивнула.

Анита порылась в книгах и достала фотографию. На ней был изображён мой дядя Адходжа, живший сейчас в Египте, отец Аниты, Нарайана Кришнамурти, ещё какой-то господин в строгом костюме и очках; рядом с ним стояла девочка с розой в руке.