Капелька. История любви

Она беспрестанно курила, пепельница была полна, успела опорожнить уже половину бутылки вина, но была относительно здрава.

Сцена была пуста. ЕЕ нигде не было.

Он галантно проводил к креслу Изольду, помог ей сесть и тяжело опустился на свое. Только сейчас он ощутил себя древним-предревним стариком. Ног не чувствовал, руки дрожали. Он взглянул на Изольду. Она пристально смотрела вдаль. Она явно кого-то ждала. И встрепенулась, когда к их столику подошел юноша, который перед этим играл на рояле, а девушка – на флейте.

– Добрый вечер, мадам, – улыбнулся он.

Она ответила ему кивком.

– Здравствуйте, – поприветствовал он присутствующих и не обратил внимания на то, что ему не ответил ни один из них.

Ренат не сводил с юноши взгляда, пристально изучая его.

Вера сидела, глубоко задумавшись, и очнулась только тогда, когда молодой человек задал вопрос.

– Мадам, вы хотите, чтобы мы сыграли вам еще? – он все также приветливо улыбался.

Изольда снова кивнула. Но вдруг, взглянув на Веру, успела дотронуться до руки молодого человека, и отрицательно покачала головой, потом, приложив руку к сердцу, ответила ему долгим-долгим поклоном.

Молодой человек поклонился в ответ, мельком взглянул на сидящих за столом и, не прощаясь, ушел.

Вера потянулась к бутылке, взгляд Изольды откинул ее руку, точно от огня и она от досады выкрикнула.

– А вот Бурый совсем не пьет! Правда, Бурый?

– Неправда! – воскликнула Изольда.

От неожиданности он вздрогнул.

– Мы сейчас будем пить виски, – продолжила Изольда.

Вера поежилась. Ей вдруг стало очень, очень холодно. Изольда повернулась к Ренату, хотела что-то произнести, но снова не смогла припомнить его имя.

– Да Бурый он! – с раздражением произнесла Вера. – Нечего даже вспоминать! – зло выкрикнула она.

– Нет. Нет, – запротестовала Изольда. – Я запомню. Я все равно запомню. Я где-то слышала, что-то наподобие. А вы мне напишите, – попросила она, обернувшись к Ренату.

Она покопалась у себя в сумочке и достала листок и ручку.

– Большими буквами, пожалуйста.

Ренат принялся писать свое имя и почему-то начал с фамилии. Хохот Веры раздался на весь зал.

– Я же сказала, что он Бурый, – она захлебывалась от смеха.

Изольда наклонилась, придвинула к себе листок и одними губами прочла фамилию.

– А теперь, пожалуйста, имя, – попросила Изольда. Она снова протянула Ренату листок.

Ренат не двигался.

Он увидел Ее. Он поедал глазами девушку.