Мои персонажи

Если бы не стихии, такие живые в этом ледяном мире, я развернулся бы и побежал прочь.

– Давай, взгляни, может быть это и есть разгадка, – подталкивал Снег.

– Да, ты все равно ничего не теряешь, – поежился Мрак.

Я зажмурился, а когда все же открыл глаза, увидел человека. Зрелого. В его взгляде читалась мудрость. И вдруг в нем я с удивлением узнал себя.

Двойник из зазеркалья легко улыбнулся. И улыбка вышла не горькая и вымученная, как у меня обычно, а какая-то добрая, понимающая. Тут он обернулся себе за спину, будто услышал шум.

До нас звуки не доносились, но мы видели, как к нему бежал черноволосый кудрявый мальчишка. Дед поднял его в воздух, тот заливисто смеялся. А после усадил к себе на колени. Внук протянул мужчине какую-то книжку. Это оказался альбом с застывшими снимками. У моих родителей такой тоже был. Мальчишка раскрыл его, и мы увидели на первой странице свадебное фото. Я думал, что разучился плакать. На фото, взявшись за руки, стояли он и она. Анна и я. Тут зеркало пошло трещинами….

* * *

– Профессор, профессор, успокойтесь. Тише, тише, все хорошо. Не читайте больше. – Гесин поднял на Данко раскрасневшееся лицо.

– Что это сейчас было? Как? Извини, я должен… Он потер глаза. – Сейчас. – Герман отошел к окну. Внутри все плавилось от боли… и чувств? Секунда, вторая, профессор вздохнул и обернулся к взволнованному Данко.

– Ты добился усиления воздействия из-за того, что стал писать от первого лица?

– Не только! Я просто дал Вам, простите, персонажу увидеть, какой была бы его жизнь, если бы он сумел победить страх.

А еще я дал ему надежду.

– Дорогой Данко, ничего исправить невозможно, но я чувствуют твое влияние на меня гораздо острее, чем раньше. Давай доведем эксперимент до конца.

– Но ведь Вам… будет больно.

– Ничего, справлюсь. Оно того стоит. Только представь, если получится развить эту твою необычную способность. Если бы ты смог не только возвращать, но и добавлять или изымать черты характера. Ты мог бы изменить мир! К примеру, преступники…

– Простите, профессор, но это утопия… И слишком опасно.

И очень неэтично… А если кто-то узнает?

– Да, это исключено, нельзя, чтобы кто-то мог использовать твою способность. И переделывать кого бы то ни было в своих собственных целях. Хотя в наше нестабильное время… А знаешь, давай немного отвлечемся. Я хочу тебя кое с кем познакомить. Твоя литературная терапия так помогла… Я не ожидал от себя такого, но я раздобыл ее адрес! – Щеки профессора покраснели.