Мои персонажи

Но сердце Брашова, хотя Алекс бы поклялся, что ни у городка, ни у его жителей нет никакого сердца, билось где-то в безвременье. Оттого пленительно было прогуливаться у подножия старой Тампы, разглядывать диковинные укрепления, воздвигнутые, бог знает в каком веке, сидеть в «Карпатине», зажав кружку с подогретым вином в ладонях, наблюдать за величавыми движениями той брюнетки, не понимая ни слова из того, что она, скалясь, шепчет бармену.

* * *

– Когда я почувствую, что смерть близко, и мои дети вообразят, будто я подхватила какую-нибудь старческую болезнь, хотя ничего подобного, конечно, не случится… Так вот, когда я пойму, что пора выпить последнюю рюмку твоей гадкой настойки, Игорь, тогда я сяду писать завещание.

Глупо, да? Ведь я не наживу ничего ценного, ведь я до такой степени боюсь потери, что едва ли решусь обладать чем-то. Так проще, по крайней мере, для меня. Я могу танцевать и не думать, о том, сколько процентов годовых капает на сверхсрочный пятидесятилетний вклад, ведь у меня нет этого распрекрасного вклада.

– Вэл, а если ты вдруг подвернешь ногу, пока будешь шастать по горам и скатишься кубарем к подножию Тампы, что тогда? Тоже будешь радоваться, что ничего у тебя нет?

– Вот зачем ты влез в мою философию? Ты говоришь о случае, против которого бедная Валерия бессильна. Кирпич того несчастного русского писателя всегда лежит в моем кармане, как только я выхожу из дома, каждый раз нащупываю его. И вообще, ты бармен или головоправ? Налей-ка еще гадости. Сегодня у меня праздник.

– Это какой?

– Собираюсь писать завещание.

– Так, ты вроде бы еще ничего, намеков на старость не так много, хотя…

– Замолчи, негодяй!

– Что же будет в этой бумажке?

– Вот, значит, как ты о последней воле Вэл Повереску?!

– Так, начались шутки в стиле «Трансильвания», давай позовем вон того парня, как пить дать, турист.

– Так и наливай. Эй, господин, ты умеешь складывать слова в предложения? Поможешь составить даме завещание?

– Интересная просьба, ко мне никто еще с такой не обращался.

Пожалуй, это может быть занятно. Простите, а как вы себя чувствуете?

Валерия усмехнулась. Алекс пересел за стойку. Игорь многозначительно поставил перед своей соседкой и давним товарищем по догонялкам у подножия Тампы стопку горькой настойки, хмыкнул и принялся за любимое дело всех барменов на свете. Стал стирать мысли со стенок стаканов любителей пива.

* * *

Завещание В. Повереску. Записано со слов самой Валерии П. Алексом К.