Полтора года жизни

Сначала я даже не поняла, зачем они потратили столько денег на картины, большинство из которых представляло пейзажи или животный мир, но потом Тэмми развела руками, прокрутилась вокруг своей оси и торжественно произнесла:

– Вот, это всё мои работы.

Я знала о том, что Тэмми отлично рисует, в самом начале её отношений с Риком папа даже хвалил её талант потенциальному жениху, но я никогда даже не предполагала, что она настолько талантлива.

– Так как я домохозяйка без детей, за исключением самого Рика, у меня куча времени на самосовершенствование.

Сидя на полу, я час рассматривала наброски сестры, её лучшие и худшие работы, наблюдая за тем, как она порхает по комнате, огибая огромный мольберт, стоящий в шаге передо мной. Внезапно у меня появилось странное ощущение – словно мы с ней поменялись местами. Теперь она жила полноценной жизнью, только еще более счастливой, нежели когда-либо была у меня, а я стала забитой, серой мышкой, которая только и делает, что бегает по всему миру от своей боли и по ночам пищит в подушку от раздирающей её боли.

* * *

Вечером Рик устроил шашлыки. В последний раз я была на шашлыках на первом курсе университета, когда вся наша группа собралась праздновать победу в конкурсе “Самая продвинутые студенты терапевтического факультета”, поэтому сейчас я была рада насладиться отлично прожаренной бараниной.

– В Австралии летние месяцы выпадают с декабря по февраль, – улыбаясь, говорила Тэмми.

– В Европе сейчас минусовая температура, – решила продолжить начатую Тэмми тему я.

– Значит, ты весь год путешествовала.

– Не год. Десять месяцев.

– Помогло?

Я застыла со стаканом воды в руках.

– Нет, – наконец, глухо выдавила я. – Но это приглушает…

– Его похоронили на Кенсал-Грин, рядом с родителями.

– Я не знала, – призналась я, отставив стакан, после чего уставилась на свои руки.

– Тебе необходимо двигаться дальше.

– Я двигаюсь, – ответила я, но встретившись взглядом с Риком, призналась. – Пытаюсь.

– Десять месяцев жизни на попытки… Что будешь делать после? Попытаешься восстановиться в университете?

– Нет, – тяжело выдохнула я.

– Послушай, мы ведь друзья. Даже родственники.