Вольные хлеба

Едем с Нелей, ростовской поэтессой, в донскую станицу на юбилей к Борису Куликову. «Ракета» легко рассекает донскую волну, солнечные лучи заливают салон. Я вяжу свитер, считаю петли – изнаночная, две лицевые, изнаночная…

– Света, ты счастлива?

– Да-а – а.

– Видишь, как тебе хорошо!

– А ты спроси у меня через десять минут, я тебе отвечу, что несчастней меня нет человека! – говорю я, и смеюсь.

Я и сама не знаю, счастлива ли я.

Банкет затягивается до поздней ночи, потом я иду с давним своим знакомым к дальнему костру на другом берегу.

«Река тиха и широка…»

Река тиха и широка,

Свет лунный и покой,

И только пламя костерка

Там, где-то за рекой.

И будто в мире – никого,

И мостик навесной,

И доски шаткие его

Плясали подо мной,

Заворожённые огнём

Дразнящим вдалеке

Шли тени, чёткие, как днём

За нами по реке.

И вот послышался вдали

Негромкий разговор,

И мы, как надо, принесли

По ветке на костёр,

И протянули нам хлеб-соль

Над чашей круговой,

И песня,

Песня, как пароль,—

Чужой ты или свой.

И как давно заведено,

Не нами, не вчера,

Мы пили терпкое вино

За тех, кто у костра.

Как он умеет, небольшой,

Связать чужих людей

Своей горячею душой,

Открытостью своей!

И будут вновь трещать дрова,

И пламя танцевать,

И восхищённая трава

На цыпочки вставать,

И будет молодость с тобой

Мой давний друг, пока

Способен встать ты и пойти

На пламя костерка,

Его знакомый терпкий дым

Зажмурившись, вдохнуть,

И песню, что живёт над ним

Негромко подтянуть.

Вокруг такие добрые, чудесные люди, и сердце моё полно любовью, я люблю Дон, люблю костры, песни и всех – всех!

– Светочка, я вызову машину, поедем ко мне на хутор! – говорит мой знакомый, с которым мы ходили к дальнему костру.

– Нет, – отвечаю виновато, – я не могу.

– Ну почему, мы так давно знаем друг друга, ты же свободная женщина, я свободный мужик, и совершенно теряю от тебя голову.

– Прости, пожалуйста, но я не могу.

На обратном пути Неля спрашивает:

– Почему ты не обиделась, когда он звал тебя? Тогда, в Ростове, с тем поэтом в гостинице, ты была так возмущена!

– Но я же была девчонкой, а сейчас я взрослая свободная женщина, и это нормально, что мужик может потерять от меня голову. Я просто не хочу делать из своей жизни проходной двор.