Холм восточного ветра

– Но наши отношения ещё только могут начаться.

– Ты думаешь? – Она недоверчиво посмотрела на него. – Но ты ведь ничего обо мне не знаешь.

– Тогда самое время узнать… Инга. Если ты не против.

Она помолчала несколько секунд.

– Что ж… Думаю, я не против.

И, позволив Герману взять себя за руку, Инга смущённо улыбнулась.

Маленький бог

Алик остановился посреди двора. Кругом было тихо. Может быть, зря он до этого целых полчаса спорил с мамой, отправляющей его «подышать свежим воздухом», выдумывая несуществующее задание по математике.

В любом случае, мама знала, что по субботам домашнюю работу им не задают. Ладно, чего уж там… ведь мама не знала кое-что другое.

Он уже облегчённо вздохнул и, не веря своей удаче, хотел проскользнуть к новым цепочным качелям, недавно установленных во дворе стараниями старшего по дому дяди Саши, как сзади раздались ненавистные голоса.

– У, кто это к нам пожаловал? Никак сам шестиклашечка Алик решил осчастливить нас своим присутствием? – Верзила с щербиной между зубов обошёл его сзади, успев отвесить подзатыльник, плюхнулся на качели и принялся лениво раскачиваться.

 – Уроки-то приготовил, чтобы мамочка не сердилась?

Алик не мигая смотрел на рослого восьмиклассника, думая только об одном: как бы не заплакать. Подзатыльник был не то чтобы очень болезненным, но до отвращения унизительным. Больше того, Алик заметил, что к ним начали подтягиваться дружки щербатого верзилы, которые явно видели его очередное поражение.

– Что, опять к мелкому пристаёшь? – Другой восьмиклассник, пониже ростом, но с такой же мерзкой ухмылкой, подошёл к верзиле.

 – Смотри, а то твоя опять будет возмущаться. «Зайка, не трогай маленьких», – противным тонким голосом пропищал он, но верзила со смехом его оттолкнул.

– Не лезь, Васька, а то и тебе достанется. Да и этого я так, припугнуть только. Нечего ему тут околачиваться, взрослых подслушивать. Верно, Алик? Пойдёшь домой к мамочке?

Не пойдёт. Не пойдёт, потому что ему надоело им уступать. Потому что, пусть он и младше, он ничем не хуже этих лоботрясов.

– Нет.

– Нет? – Верзила сделал удивлённое лицо. – Я слышу «нет»?

– Нет. Дядя Саша сказал, что эти качели для всех. А двор – тем более. Так что буду гулять здесь столько, сколько захочу.

– Ах, дядя Са-аша сказал, – протянул верзила, и в его голосе прозвучало неприкрытое недовольство. – Так, может, пойдёшь к своему дяде Саше и пожалуешься?

Он знал, что Алик не пойдёт. Потому что жалуются трусы.