К полярным островам

Толя быстро приспособился к немудреному поиску грибов, но более опытный Ваня находил больше и скоро наполнил свою корзинку. Они уже поднялись до половины горы. Здесь проходила дорожка с которой открывался вид на поселок, Енисей, обрывистые горы на другой стороне реки. Указывая на соседнюю гору, Ваня сказал:

– Это Екатериновка. Там есть шахта, где мой отец работает. Медную руду добывают и вывозят на фабрику. Вон видишь здания из кирпича? Мы, как-нибудь с тобой туда слазим.

– А нас туда пустят?

– Нет, внутрь можно только с отцом, а на отвалы можно подняться, камешки красивые пособирать.

– А сейчас дальше вверх пойдем?

– Нет, уже и так много набрали, на обратном пути еще найдем.

И они не спеша пошли вниз. Спускались легко, почти бегом. Ваня рассказывал о грибах и грибных местах. Делился без утайки и его бабушка, зная Ванину простоту и природную доброту, называла внука «простодыром». Она уже ждала грибников у дома на завалинке. Похвалила их за почти полные корзинки. Угостила чаем с блинами.

Пекла она их на летней печке у ручья. Ржаную муку просеивала, а сковородку ухватом на ручке ставила на угли. Смазывала блины растопленным маслом глухариным крылом, добавляя при этом:

– Ешь пока рот свеж, а как завянет – поперек станет!

– Я тоже, как подрасту, стану охотником, – похвастался Ваня, – здесь знаешь сколько зверья? О! – Он восторженно поднял большой палец. – И ходить далеко не надо. Все рядом!

Толе это было в новинку: поход на гору, сбор грибов, разговоры об охоте и предстоящая рыбалка, куда на следующий выходной его позвал Ваня.

Дома Толина мама обрадовалась грибам. Отобрала почистила и пожарила абабки, а грузди засолила. Братья отнеслись к увлечению Толика без интереса. Они учились в 6 и 7 классах, изредка покуривали, собирая «бычки» возле магазина или под трибунами стадиона. Водились с сомнительной компанией, которая делала по вечерам набеги на поселковые сады и огороды. В ту пору хороших ранеток было мало, а яблоки росли только у садовода, чей высокий забор отделял его участок от детского сада на улице Ленина.

Выращивал он и диковинные сливы, абрикосы, арбузы. Прозвали его Мичуриным и в его сад не могли забраться даже самые отъявленные Майнские хулиганы.

Через неделю Ваня утром зашел за Толиком, и они вдоль канавы, мимо пионерлагеря пошли на речку Уй, которая огибала гору Баштак с другой стороны и впадала в Енисей возле Лесозавода. Ваня нес две удочки из ошкуренной тонкой и гибкой ивы.