Когда заговорят камни

 – Ч-черт!» – эти наглые иностранцы, резко затормозив, включили задний ход и мчались прямо на меня.

Правая нога ударила по тормозам, не знаю, какой бог отвел мои руки уже собирающиеся крутануть влево руль – на такой скорости кувыркаться бы мне десяток раз!

Глухой удар, словно столкнулись две консервные банки доверху набитые горохом, и в лицо мне ударила подушка безопасности.

И тут же сильная и резкая боль в груди и соленый вкус крови во рту.

«Запонка на галстуке пробила подушку», – безучастно подумал кто-то за меня.

Закружило, понесло в темной трубе. Вперед, вправо и вверх, вверх. А вот и легкие, словно морской прибой, волны света.

Как меня вынесло из этой трубы – я не знаю.

Вот только увидел я свои ботинки в мелких капельках росы. Огляделся. Синее небо в легких барашках облаков, тончайшее дуновение ветерка, да зеленый до изумрудного цвета луг. Впрочем, нет, вон там, небольшая рощица, от которой отделился человек и неторопливо направился ко мне.

«Чего он медлит – подумал я, – старина Блюмгарт не любит когда опаздывают!»

Человек, словно угадав мои мысли, вдруг оказался рядом.

– Руди! – изумлению моему не было предела. Предо мной стоял Рудольф Шарберг, собственной персоной! Мой старый и добрый товарищ, однокашник по школе – интернату, куда его сплавили родители, чтобы не мешал им наслаждаться всеми прелестями жизни.

– Руди! Но как ты оказался здесь?! – я схватил его за плечи, – постой, постой, ты же умер! Утонул, лет десять назад? Это что, выходит и я умер?!

– Не совсем так, – застенчиво улыбнулся Рудольф, – тебе самому предстоит это решить….

– Как я могу решать, когда вот, не знаю где и не помню что со мной!

– Я покажу тебе, что с тобой, смотри…. – словно в кино, закрутилась, полетела навстречу нам земля. А вот и автобан, две искореженных машины. Суетятся спасатели, какими-то огромными ножницами разрезают лохмотья металла в моей машине.

«Этот, кажется, жив, подушка сработала вовремя, только вот лопнула.

Завывая сиреной, подлетела скорая помощь.

«Вы вовремя, ребята, этого грузите, а этим, – полицейский махнул в сторону трех тел, лежащих на обочине, – уже не поможешь»

– Идем, – слегка прикоснулся ко мне Руди, – нас ждут!

– Кто? Господь? – я даже не удивился, мне было так легко и приятно.