Последний черновик

Когда долгое время живёшь в зоне комфорта, созданной тобой же, такие ситуации заставляют покидать её, да, я трезвел и начинал оценивать сложившуюся ситуацию с утверждённым названием «жирная жопа», я в жизни-то их не люблю, а уж в обстоятельствах и подавно. Как будто толстый мопс навис над моим лицом в шесть утра и извергает на меня накопившийся ком слюней, как будто ты начал пить и вошёл в раж, а в стране пропал алкоголь, как будто в Америке снова утвердили Буша, как будто мой кадиллак сломался прямо в потоке из 12 полос, как будто мой Чих вырос до размера овчарки.

Пробки встретили меня с распростёртыми объятиями и заставили ещё больше загнаться мыслями о сложившихся обстоятельствах, скорость 5 километров в час вбивала гвозди в мозг, стреляя пазлами надуманной концовки сложившегося дерьма в моей жизни, я начал представлять себя без себя, это невозможно, как кто-то может мне запретить быть собой, как какой-то малолетка может мне испортить всё, что я создавал годами, что за бред, я пытался не допускать и мысли о плохом, но лезло в голову всё, большая часть заработка, даже львиная доля идёт от книг.

Я внёсся к Бэну и орал: «Где, где они?» – «На столе, на столе». – «Так-так, что-о-о-о-о-о-о-о-о? За нарушение правил договора, указанного в контракте… Как, как, где написано, что конкретно я нарушил?» – «На последней странице, Ричи, по условиям этого контракта ты принадлежал полностью издательству, и твои права, и всё, что связано с твоим псевдонимом, они могли тебя продать кому хотели без твоего согласия, и так же обстоит с нарушением правил, там всё сделано так, что комар носа не подточит, а последние сборники стихов ты выпускал тоже здесь, они тоже принадлежат уже не тебе».

Я открыл резко дверь с надписью «Стэн Банаки».

– Стэн, Стэн, я… – он меня перебил встречным вопросом:

– Тебя не учили стучаться, Ричи?

– Да как-то не до стуков, мы знакомы уже почти 10 лет.

– Постой, Рич, я знаю, что ты сейчас будешь делать: возмущённо орать, бегать по кабинету, ещё не всё потеряно, я ознакомил тебя пока с образцом того договора, который может тебя постигнуть, если ты не одумаешься.