Круговорот правды

Юноша пришел к выводу, что если ты в жизни бесхребетный, то проблемы с коллективом будут не только в армии, но и преследовать всю жизнь дальше.

«Не место меняет человека, а человек место!» – подумал Владимир. – «Отличная мысль, надо записать в блокнот. Обязательно включу в речь главного героя при создании нового комикса».

Военнослужащий взял исписанный вдоль и поперек блокнот с заготовками и аккуратно вписал придуманную фразу на листе.

Поставив точку, Владимир почувствовал неприятное дыхание позади себя и обернулся.

– Это что у тебя? – выдернул прапорщик из руки юноши блокнот.

– Мои заметки, – ответил Владимир.

Все в части давно поняли, что лучше с прапорщиком не спорить. Это был тот тип людей, которые обижены на весь мир и живут лишь злостью. А сделать пакость в отношении другого была для него великой радостью.

Причмокивая, прапорщик пролистал пару страниц.

– И для чего тебе это? – до сих пор не понимая смысл записей, спросил он.

– Нет, – улыбнулся Владимир, посмотрев на выпуклый карман его куртки. – Ваш сотовый телефон представляет гораздо большую опасность для информации, чем этот блокнот.

Прапорщика перекосило. Понимая, что юноша его переиграл, а простой блокнот не послужит хорошей жалобой, он начал вырывать страницы.

– Что вы делаете? – потянулся Тихов. – Он мне нужен!

Прапорщик ловко увернулся от руки Владимира.

– И для чего же тебе он?

– Я пишу комиксы! – схватил куртку Тихов.

– Гомиксы? Ах вот оно что. Так ты из этих!

– Из кого?

Прапорщик, не отвечая, побежал в сторону штаба. В руке его был зажат тот самый блокнот.

Владимир простоял на месте еще около пяти минут, пытаясь понять, что же сейчас произошло. В итоге пожав плечами, он направился обратно в казарму.

Помимо удивления Тихов испытывал еще и сильное чувство злости. Никогда он не позволял кому-либо забирать свои вещи. Особенно блокнот.

В этот день время длилось особенно долго. От нетерпения Владимир ходил из стороны в сторону по длинному коридору, планируя план мести. Зайдя за поворот, он наткнулся на Алексея. Парни столкнулись лбами.

Встав на одно колено, Алексей, кряхтя, потирал лоб.

– С тобой все в порядке? – спросил Тихов.