Дар любви

Она любила и не любила июнь, ведь в этом месяце произошли все самые важные события в ее жизни: она родилась 22 числа, а еще встретилась с человеком, которого считала самой большой любовью своей жизни.

Окружающие крутили пальцем у виска. Константин Сергеевич был ее старше на 30 лет, они познакомились на выставке. Олеся пришла туда в легком платье с распущенными волосами. За окном шел дождь, а она, как говорил потом ее муж, была хороша необыкновенно. Впрочем, Олеся была уже не девочкой, самой 30 лет давно стукнуло, но личная жизнь как-то не складывалась, и тут такое чувство.

Константин Сергеевич и сам был ею всерьез увлечен. Разведенный, имеющий взрослого сына, он в своем почтенном возрасте не думал о браке, но тогда все так быстро закрутилось.

Они гуляли по улицам Питера и были счастливы.

Олеся переехала к избраннику. Они прожили вместе три года. И, несмотря на все предсказания друзей, нашли общий язык, привыкли к совместному быту и практически не ссорились.

– Не должна ты за мной ухаживать, – говорил он.

Олеся возражала, но муж настаивал на своем.

Желание его было исполнено. Константин Сергеевич yмep cкopoпocтижно от обширного инфapктa. Олесе позвонили, сообщили, она, не помня себя от гopя, поехала оформлять документы и хлопотать о пoхopoнах. Пришли друзья, помогли, сочувствовали и советовали ей съездить куда-нибудь развеяться.

Но она никуда не поехала, оставшись в квартире пoкoйнoго супруга, каждый день натыкаясь на его вещи и чувствуя себя потерянной.

Незаметно прошло три месяца, и наступил июнь. Душа ее бoлeла чрезвычайно, и эту каждодневную тупую бoль ничего не могло заглушить.

Олеся давно уже не работала официально, выполняя заказы, которые брала у знакомых дизайнеров. Средств на жизнь хватало, но такой замкнутый образ деятельности вгонял ее в еще большую тocку.

Сегодня она встала с постели, что-то рассеянно поела и пошла бродить по улицам. Город был пуст. Это говорило о том, что сейчас, скорее всего, ранее утро. В белом тумане облаков солнца не было видно. И тепла от него почти не чувствовалось.

Олесю мучила одна мысль, которую она гнала от себя. Ведь можно было подойти к мосту и, любуясь гладью темной воды, уйти в этот омут с головой. И все закончится.