Тихий свет. Книга стихов

Где речи твои, возлюбленный брат мой,

где тихие твои наставленья?

Плачу я и рыдаю.

Ты видишь из райского сада? – нет, не река это, это слезы мои текут.

Случилось то, что случилось.

И только река течет —

бесконечная память, смиренье и кротость.

De profundis

I

Эта молодая женщина с тысячелетней печалью в глазах могла бы быть прекрасной,

но ее белое снежное платье изодрано, ее кожа измазана сажей, ее волосы посыпаны пеплом войны,

на всем ее теле – следы ударов, оставленных ее хозяевами

(ударов – таких же, какие часто можно было видеть на спинах крепостных),

и она идет, одинокая, через ад, через все круги его, и нет у нее Вергилия, который мог бы помочь.

Но она идет и идет, безмолвно плача, и видит вокруг своих мучителей, чей облик уже не отличим от облика демонов, которые мучают их.

И страшно идти ей, но она знает, что нужно идти до конца, что нужно сначала увидеть того, последнего,

того, самого ничтожного, кто посыпал волосы ее кровавым пеплом войны,

чтобы убедиться, что он здесь, что он навсегда останется здесь.

И только тогда она сможет расплакаться так, как никогда прежде.

И только тогда она сможет по-настоящему освободиться.

И только тогда она сможет больше не бояться за своих родных.

И только тогда она сможет прийти туда, где сладостно светит сапфировый свет надежды.

II

Там, на западе солнца, там, где своими руками мы сеем смерть,

там, сейчас, Господи, светит твой тихий свет —

там, на западе солнца, там, где сражаются, боятся, помогают другу другу, надеются, умирают,

там, сейчас, Господи, светит твой тихий свет —

мужчинам, не желавшим войны, но взявшим оружие в руки,

женщинам, не желавшим войны, спасающим стариков и детей,

детям, не знавшим войны, но узнавшим и ужас, и боль, и смерть,

там сейчас, Господи, светит твой тихий свет.

Там сейчас, Господи, Сын твой, дарующий жизнь,

там сейчас свет его разгоняет пришедшую тьму и дарует надежду.

Там, на западе солнца, светит твой тихий свет.

III

Всех скорбящих радость, спаси рабов твоих.

Спаси гибнущих,

лишенных дома,

спаси захваченных бурею,

окруженных тьмою,

спаси защищающих

землю свою,

но спаси и скорбящих —

не знающих, чем помочь,

но спаси и бежавших

в чужие края,

но спаси и оставшихся

в царстве черном

и забывших

радость свою.