Борозда

Я незамеченным прошмыгнул мимо и, постучавшись, просунул голову в кабинет девочки.

– Проходите, Степаныч. Присаживайтесь. Как вы, однако, быстро… это хорошо. Это славно.

Начало не предвещало ничего хорошего.

– Так вот, Степаныч… Я тут полистала ваши акты… Вас, как из них следует, в свое время списали с подлодки. Какая же всё-таки этому была причина? – И Кама уставилась на меня строгим взглядом.

– Причина?..

Я ума не мог приложить, какую мне выбрать линию.

– Вот тут, в ваших актах… – продолжала она, – …стоит, что вы подвержены.

Я покрутил головой.

– Так что? Подвержены?

«Совсем прижали…» – мелькнуло в голове.

– Подвержен… – едва слышно выдавил я.

– Оттого и утки… – то ли спросила, то ли отметила Кама.

– Оттого… – горестно согласился я.

– Надо исправляться, – бодро проговорила девочка и потерла под столом кроссовку о кроссовку, как это делают лапками мухи.

– А вот, извиняюсь… – начал я, чтобы как-то перевести стрелку. – Вот вы говорили про речку и что вас сюда на время перевели.

– Много будете знать, Степаныч, скоро состаритесь. И под распыление как раз попадете. Хотите?

– Да бог с вами!

– «Бог» говорить нельзя, вы это прекрасно знаете. Что же это такое, вы своими нарушениями уже чуть ли не на год шахты заработали. Утки… да за речку плавали, да записи ведете неположенные – я уж про речь вашу не говорю. Откуда, кстати, знания грамоты? Кто научил?

– Так я…

– Ах да! Вы же были в центре!

«Отлично, – думаю, она еще и не помнит ни черта, Кама эта в мокрых кроссовках.

Тут дверь тихонечко приоткрылась, и в нее просунулась голова старосты.

Батюшки! Таким я его еще никогда не видел: жалкий, на лбу испарина, сам чуть не трясется.

– Вызывали?

Говорит с порога, а сам за дверь держится, как будто слабость у него в ногах.

– Да, – отвечает девочка. – Проходите.

И ко мне:

– Идите теперь, Степаныч.

Я прямо пулей наружу вылетел. «На досуге…» Вот шуточки теперь какие! Какой тут досуг, когда у меня динама стоит трое суток не кручена со всеми этими обстоятельствами. «На досуге…» Задание заданием, да неясно, что еще из всего этого выйдет.

Короче, как до дома добрался, так сразу за дело и принялся.