Домик у моря. Из цикла «Рассказы в стиле дзен»

Другие набирали воду из кипящих источников, чтобы хоть чуть остыла.

Посреди главной и единственной улицы сидел на табурете никто иной, как сам градоначальник Панамки господин Белуга.

– Вот кого нам не хватало! – обрадовался он, завидев кокпитана Гусиные Лапки. – Бедствуем без шеф-повара! Да и мясорубка кстати – горох проворачивать. А вы, похоже, папа Ваня? – кивнул слонёнку. – Отец Эле-Фантика?

– Напротив, я сын папы Вани – тот самый Эле-Фантик, – ответил слонёнок. К нему постепенно, обрывками, возвращалась память, даже девочка Маруся вернулась.

– Какая встреча! – подскочил господин Белуга. – Вот, значит, по ком моя Маруся все глаза повыплакала! Так возмужали, и не признать. А я тут недавно. Ураган Бык подхватил, когда выступал с трибуны. Мы на ней хорошо долетели. Все мои заместители, помощники, секретари, охрана.…Да здесь все наши – панамкинцы! – Развёл руками. – Всюду, как говорится, жизнь! Всюду можно устроиться. Дел по горло, друзья. Шеф-повар с мясорубкой и младшим кухарем – на кухню, а вы, дорогой ушастик, возглавите пожарную команду на случай мелких вулканических…

– Погодите-погодите! – прервал Эле-Фантик извержение градоначальника.

– Все планы должны быть согласованы со мной, – отрезал господин Белуга.– А ваше прозвище, кажется, «В каждой бочке затычка»?! Очень справедливое! Будьте, прошу, поскромнее. Моя Маруся полюбила вас именно за скромность и трудолюбие – помните об этом. А вообще-то, вижу, вы ей не пара!

Задиристый кухарь Чумичка уже нацелил в градоначальника мясорубку, но в это время где-то высоко над скалами послышался усталый вой.

Он прополз среди хижин и улёгся на бок посреди кратера, в самом горячем месте, где то и дело прорывались грязевые фонтаны, вылетали искры и шипели, как змеи, газы.

Все поселенцы засуетились, поспешая с веерами и опахалами к облаку. А господин Белуга проворно распоряжался, указывая каждому, какое место занять, и как сноровистей обмахивать Быка. Десятки рабов собрались вокруг облака, которое на глазах темнело, и внутри его зарождалось что-то фиолетово-сине-чёрное. В глубине мерцало и вспыхивало. Пробегали слабенькие, как ящерки, молнии.

– К завтрашнему дню созреет, – крякнул кокпитан Гусиные Лапки.