Письма прошедшего времени

Резали по живому, сокращали не разбирая. Отца же не трогали: ценный кадр был. А сам он ни за что бы не уволился. Любил небо, полёты, форму. Всю жизнь проходил в рубашках защитного цвета, офицерских.

Мама уговаривала его, умоляла уйти из армии. Нет! Он был неумолим. Небо с детства было его единственной мечтой.

Тогда мама сгребла в охапку нас, детей, и – к командиру:

– Сокращайте, или я уеду. Один он не сможет. Сами знаете их, молодых. Заберу детей и уеду к матери в деревню. А он тут загуляет, сопьётся с горя.

– Если таких увольнять, кто же в армии останется? Поймите, он кадровый офицер, лётчик-испытатель. Его Родина обучила этой профессии. Он молод, у него всё впереди – карьерный рост, квартира, зарплата…

– Вы рушите семью. Если я увезу детей, он не сможет летать. А я уеду завтра же!

Долго не шли на уступке маме, не хотели терять такого опытного лётчика. Но мама добилась своего. Обивала пороги начальства, шла напролом.

Пришёл приказ. Его фамилию включили в список на увольнение. Для отца это была полная неожиданность и непоправимая потеря. Отец страдал, но не мог не подчиниться воле упрямой жены. Я позже поняла: это он делал много раз в своей жизни, тем самым лишив нас, детей, более благополучной и комфортной жизни. Он не был приспособлен жить на гражданке, и вся его жизнь пошла наперекос.

Я часто слышала, как отец, выпив, горевал:

– Катя, это ты виновата! Ты меня превратила непонятно в кого.

Я часто задумывалась об этой уступке отца, анализируя прожитые годы, жизненные моменты, осуждала его за проявленнуюслабость. Сильный, образованный, окончивший сельскохозяйственный техникум, затем институт, умный, уважаемый в обществе, москвич, выросший в интеллигентной семье, – он в своей семье полностью принадлежал женщине из глухой деревни, без образования и светского воспитания.

Мама была седьмым ребёнком в семье, не считая ещё пяти старших детей, умерших в детстве. Обладая сильным, упрямым характером, она всю жизнь изводила отца своей ревностью и подозрительностью. А он терпел. Я думаю, что в начале семейной жизни ему даже нравилось это.