Это вам не хухры-мухры

Войдя в комнату, она заставила меня разинуть рот, посмотрела горло, сказала, приставив фонендоскоп к груди: – Дыши…! Не дыши! И взглянув на градусник, помчалась на кухню выписывать мне рецепты.

Я вяло соображал, куда она подевалась, а когда сообразил, было уже поздно. Врачиха тоже перепутала столик со стулом!

Услышав грохот, я бросился на кухню, – докторица уже стояла на четвереньках и бессмысленно мотала головой, из ее глаз сыпались искры, из прически – контуженые тараканы. Она чудом промахнулась мимо щели между плитой и холодильником где стоял чугунный утюг, но почему-то не радовалась.

– Ой! Извините! – пробормотал я, помогая ей подняться.

– Что это было!? – спросила она, ощупывая свою голову.

– Столик для еды, – сказал я с каменным выражением лица.

– Можно я сяду?………Хотя нет….лучше я постою! До свидания! – сказала она, поспешно направляясь к входной двери.

– Когда мне придти к вам на прием!? – закричал я вдогонку.

– Ах да! – спохватилась она, – приходи в понедельник.

Спустя час я сообразил, что она мне не выписала справки в школу и позабыла о рецептах, а, позвонив на следующий день ей на прием в поликлинику, услышал от дежурной медсестры, что доктор взяла больничный.

Сбив температуру аспирином, я от нечего делать, снова засел за телефон и сразу удача. Фабрика химического волокна и прочных пластмасс признала свое родство со стульями.

Могу я узнать имя конструктора, – ласково спросил я, трясясь от радости.

Но трубка молчала.

– Ало! Ничего не слышно! Нас прервали!? – заорал я в эфир.

– Не кричите, я вас прекрасно слышу! Просто странно! В последнее время им интересовалось очень много людей, вы молодой человек тоже хотите узнать его адрес?

– Разумеется, хочу! – осторожно произнес я.

– Напрасно!

– Что напрасно!?

– Напрасно вы его ищите,….. он в больнице.

– Давно?

– Уже пятый раз в больнице! Его постоянно бьют,… просто ужас! За что!?… Такой милый человек!

– Наверное есть за что – сказал я опуская трубку.

Эхо

Наступила прекрасная августовская ночь. На черном, не замутненном облаками небе мерцали звезды.

Я стоял в одних трусах у раскрытого окна, наслаждаясь желанной прохладой. В одиннадцать лет такие ночи полны необъяснимого очарованья.

С нижнего этажа приятно тянуло табачным дымом. Скрипели половицы под моими ногами, тикали часы за спиной. Было удивительно тихо!

Развернув конфету, я кинул скомканный фантик в темный двор.

– Кар..