Всяк: рождённый в самиздате. Книга 21

 – И кто вы такой?

– Я – доктор парафизики Антуан де ла Кастаньета! Возможно, вы читали обо мне в физическом журнале за прошлый год? Это я обнаружил явление стохастической триангуляци медведок при хаотическомплазмировании релятивистского бетатрона!

Мысленно задав вопрос трипьютеру, я получи утвердительный ответ – да, есть такой доктор и да, публиковался в местном планетарном физическом журнале. Хм, ну и что?

– Откуда вы знаете о моем прибытии на планету? – строго спросил я, прерывая словоблудие профессора, который, вероятно, решил изложить мне весь список своих статей.

Профессор споткнулся.

Мы вошли в мои апартаменты.

Робот-дворецкий подал профессору бокал памшанского, но профессор отвел рукой бокал в сторону.

– Местную Академию наук информировали о вашем прибытии, ну а когда меня из Академии выгнаи, я внедрил свой жучок в почтовый сервер.

– А за что выгнали, – немедленно спросил я.

– Вот! – патетически воздел руки Кастаньета. – Об этом я и хочу предупредить! Местные ученые начали очень опасный эксперимент! Очень опасный! Он грозит гибели всей планете!

Тьфу елки-палки, похоже действительно сумасшедший.

– Так, вы учтите, что я полицейский. Не рядовой-тупой, конечно, но и не ученый. Помедленее и поспокойнее, как если бы вы рассказали… ну допустим, своей 12-летней дочке.

– Уф… – выдохнул Кастаньета. – Да, вы правы, я привык обаться с учеными, студентами, мне не пришло в голову, что другие люди могут просто не понимать то, что я говорю… хорошо.

– Знаю.

– А что молекулы состоят из атомов?

– Знаю.

– А что атомы состоят из кварков?

– Знаю.

– А что кварки состоят из бозонов Юргенса?

– У-у-у. А разве это не секретная информация?

Профессор выглядел растерянным.

– Ну-у… – протянул он. – Может, и секретная, но вы-то можете знать!

– Я-то знаю, но если вы направо-налево будете кричать о бозонах Юргенса, вас привлекут к уголовному преследованию за раскрытие секретной информации, то есть к измене планете!

Профессор замолчал.

– Ну, хорошо, я не кричу направо-налево, как вы изволите выразиться. Я только вам говорю.

– Отлично, – подбодрил я. – И что там дальше с бозонами?

– А то, что местные ученые… особенно ВасисуалийПупкинзон, черт бы его задрал, придумал способ заставить бозоны вступать в реакцию спорадического распада!

– Тут моих знаний не хватает. Ну распада, и чего?

– Хм… Уфф.