Война и мир Лизы Пинтер

А Вы Эржебет, верно?

– Да. Для Вас, наверное, проще госпожа Сирхаева?.. Или как-то, Елизавета?.. – она с трудом воспроизвела русскую версию своего имени. Вместо буквы В она тогда произносила скорее более привычную ей Б.

– Давайте остановимся на том, что удобно Вам.

– Мне без разницы; Эржебет русские вряд ли примут… Пусть будет Елизавета. Это достаточно по-русски?

– Вполне… Понимаете, Елизавета-Эржебет, – Алексей не смог не продемонстрировать, что ему удаётся выговаривать её имя, – Ваш муж получил в наследство не только фирму отца, но и множество врагов… Они убили его.

– Вам уже известно, кто это сделал?

– Мы ищем заказчика. К сожалению, наш контакт, непосредственно руководивший убийцами, исчез.

– То есть, прямо сейчас мы не сможем отомстить? – практично осведомилась Эржебет.

– Я могу предположить, что заказчик – либо Юрий Петров, либо Василий Попов. Оба – крупные бизнесмены, оба ненавидели ещё Дмитрия Ровшановича.

– Но ведь Дмитрий Ровшанович умер от инсульта? – удивилась венгерка, знавшая лишь официальную версию.

– Они добили его в больнице. Первая ошибка моих людей… Потом Себ; Валя – уже третья наша ошибка.

– То есть, теперь должны убить и меня?

Королёв задумчиво кивнул, параллельно отметив, что женщина, по крайней мере чисто внешне, не очень-то напугана подобной перспективой:

– Эти люди намного хитрее нас.

– Значит, мы должны нанести удар первыми!

– Это нелегко… Хотя, Вы теперь здесь главная, так что Вы и приказывайте.

– Я ничего здесь не понимаю! – вскричала венгерка. – Вам следует помогать мне!

– Обязательно, – пообещал начальник службы безопасности. – Я бы Вам настоятельно советовал вернуться домой.

Он и не ожидал, что она согласится на это.

– Нет! Я должна увидеть смерть наших врагов!

– Вы воспитаны в ужасно доблестных традициях… – поморщился Алексей.

– Как и везде в мире, Алексей, – спокойно парировала Эржебет. – Вы напрасно принижаете свою Родину.

– Я верю в Запад, но люблю Россию. Если бы я точно узнал, что и там всё то же самое, я бы потерял веру в людей окончательно… Веру в то, что рано или поздно и у нас всё может измениться в лучшую сторону.

– В мире Россию знают уже больше.