Коллекция страхов

Но этот сон совсем другой, реалистичный и пугающий. Я готов поклясться, что тело изнывало от усталости после каждого пробуждения. Не хватало только синяков и порезов. Я критично осмотрел мускулистое подтянутое тело. Подмигнул собственному отражению. «Обязан разрулить ситуацию, не будь я Пашка Смолин!»

На завтрак я уплетал омлет с сардельками и компот. Мама сидела рядом и с улыбкой смотрела на меня.

– Под глазами темные круги, опять не ложился долго? – с укором заметила мама.

– Конец года, зачеты и экзамены.

– Аккуратно там, – обычная материнская тревога за детей сквозила в ее голосе, – молодежь так быстро теряет границы.

– Только не я, ты же знаешь! – я подмигнул, подхватил сумку и скрылся в шуме будничного дня.

Возле входа в универ меня поджидал закадычный друг Генка. Я издалека заметил его изучающий взгляд и не сдержал усмешку.

– Плохо выглядишь, дружище, – Генка хлопнул меня по плечу.

Я не отличался хрупкостью тела, но уступал в габаритах другу. Гора мускулов при высоком росте, Генка выглядел устрашающим для хулиганов, а девчонки покусывали губы, когда проходили рядом.

– И тебе доброе утро, – отозвался я.

– Ты опять видел тот сон, – Генка не спрашивал. Он знал, как и положено другу детства быть в курсе событий.

Я никогда не рассказывал Генке о снах, не придавал им значение. Друг сам заметил перемены в настроении и спросил, что меня тревожит.

Мы обсудили возможные варианты толкования сна, но не пришли к единому мнению. Я не верил в пророческие сны и человеком слыл не суеверным. Однако в душе засело предчувствие, и тревога не покидала.

– После поговорим, – отмахнулся я, не желая поднимать тему и кивком головы указал на белокурую красавицу.

Королева Марго приближалась к нам с достоинством и грацией. Мне льстило ее внимание: из парней университета девушка выделила меня.

Месяц назад мы ходили в поход в горы с факультетом, и Марго начала выказывать знаки внимания. Я ловко перехватил инициативу и теперь наслаждался близостью роскошной красавицы.

– Привет, – девушка прижалась ко мне и горячее дыхание обожгло кожу. Ее мягкие пухлые губы коснулись мочки уха, и я застонал.