Без права на славу

 – Ты сразу, как приедешь, напиши письмо матери – что, где и как там у тебя.

– Напишу.

Вера засуетилась, протянула Тимофею пухлый пакет.

– Тим, я тут тебе поесть собрала. Возьми на дорогу.

– Спасибо, но зачем столько? У меня там ещё на месяц еды хватит!

– Дорога дальняя, съешь. Лучше пусть останется, чем голодным будешь сидеть, – строго сказала Вера, всовывая пакет в руку Тимофея. – Когда поезд-то?

– Точно не знаю, вроде бы вечером.

– Смотри, ваш офицер, кажется, всех собирает. Беги!

Тимофей посмотрел в сторону скамеек.

– Товарищ лейтенант, так ведь девушка моя пришла! – громко оправдывался один из парней. – Ну, что нам, не поговорить, что ли? Я больше не буду!

– Смотри у меня, Янке, – строго проговорил Николаев. – Ещё одна такая выходка, и ты вообще больше от меня не отойдёшь! Понял?

– Понял, – глядя себе под ноги, ответил провинившийся призывник.

– А если понял, то посиди на скамейке. Отдохни, остынь от своей встречи.

– Да я вроде не устал.

– Не рассуждай, Янке, а выполняй. Армия – это тебе не там, где думают.

Театрально вздохнув, Янке с унылым видом поплёлся к ближайшей скамейке. Сапожков вновь установил очерёдность, и отлучки продолжились. Очередь Тимофея была ещё не скоро. В ожидании он принялся искать глазами Веру.

…На платформу медленно вполз пассажирский состав, и через пару минут раздалась команда:

– Приготовиться к отъезду!

Едва призывники вышли на платформу, родные и близкие кинулись к ним – прощаться.

– Ну, давай прощаться, муж, – прошептала Вера, обнимая Тимофея. Она улыбалась, но Морозов видел, что девушка с трудом удерживается от слёз.

– Не плачь, не надо, – пробормотал он. – Через два года увидимся!

Да, они увидятся, но намного раньше, чем могли тогда предположить. Только встреча их будет гораздо короче, чем они рассчитывали.

Вера трижды поцеловала Тимофея.

– По вагонам! – крикнул Николаев почти у самого уха Морозова.

Можно было подумать, что он отдаёт приказ целому полку, а не группе из двадцати парней.

Когда поезд отошёл от вокзала на приличное расстояние, призывники начали знакомиться друг с другом. Делать-то всё равно было нечего.

Каждый старался найти себе товарищей, близких по духу. Тимофей не любил шумных компаний.