Без права на славу

 – А нельзя ли как-нибудь отсрочить это дело? Хотя бы на месяц! Он ведь у нас бригадир комсомольско-молодёжной бригады. Нам замену ему найти надо!

– Увы, ничем помочь не могу, – развёл руками старший лейтенант. – Незаменимых людей не бывает, другого найдёте.

– Откуда нам взять другого? У нас без него бригада развалится, райком за такое по головке не погладит! – сердито возразила комсорг.

– Извините, раньше следовало думать. Письма от вас не было? Не было! А что ж вы теперь хотите? Идёт жёсткий недобор.

Уклонистов немного, но демографический провал даёт о себе знать. Вот и забираем всех, кого можем.

Вечером Тимофей объявил Вере, что его забирают в армию.

– Как в армию? – всполошилась девушка. – Мы же расписаться хотели…

– Ну, так что ж, как вернусь, так и распишемся, – заверил Тимофей, обнимая Веру и гладя её по голове. – Не я первый, не я последний. Ты мне пиши, и маме моей пиши. В гости к ней приезжай, она рада будет, и сестрёнки тоже.

– О чём ты, Тима?! – освобождаясь из его объятий, воскликнула Вера.

 – Ведь меня теперь распределят, куда захотят! У меня госы на следующей неделе начинаются. Мы даже не сможем написать друг другу. Ты не знаешь, где будешь, а я и подавно.

В голосе Веры зазвенели слёзы. Тимофей уверенно положил руку ей на плечо.

– Не паникуй раньше времени! Я напишу маме в деревню, и ты ей напишешь. Она нам перешлёт адреса друг друга. Не потеряемся.

– Ой, Тима, страшно мне, – прижав ладони к вискам, простонала Вера.

 – И чего я, дура, тебя послушалась! Сейчас бы ребёночек от тебя остался, а так…

– Успеется ещё! – перебил её Тимофей. – Вернусь ведь, не сорок первый!

В тот вечер Тимофей впервые в жизни напился. Всё плыло перед глазами, как в тумане, на душе было тоскливо и тревожно. Поутру следующего дня Вера опохмелила его огуречным рассолом. Головная боль затихла, но тяжесть внутри осталась.

В восемь ноль-ноль Морозов вошёл в райвоенкомат. Идя по старому коридору, окрашенному в ядовитый ультрамарин на полтора метра от пола, Тимофей размышлял о том, какие крутые виражи закладывает его судьба.

«Вот уж правду говорят – человек предполагает, КГБ располагает, – невесело усмехаясь, думал он. – Видимо, близится час расплаты! И так слишком долго куратор не беспокоил».

Пройдя коридор, он, как и прочие призывники, оказался в небольшом военкоматовском дворике. К удивлению собравшихся парней, никто не занимался ими почти час.