Без права на славу

Замешкался и, опустив глаза, ответил:

– Приказы не обсуждаются.

– И кто же твой друг? – поинтересовался Багарда.

– Морозов Тимофей! – оживился парнишка. – Он рядом со мной стоял с правого плеча.

– И это единственная причина твоего нежелания? – недоверчиво спросил капитан.

– Так точно! А так, я очень, очень хочу в спецназ. Это для меня…

– Тогда иди, зови своего друга. Ещё раз посмотрю на него, – перебил его капитан.

Бойцов тотчас развернулся и побежал в роту. Вскоре он вернулся вместе с Морозовым.

«Средний показатель», – подумал Багарда, разглядывая Тимофея.

Перед ним стоял среднего роста восемнадцатилетний парень. Плохо подогнанная форма сидела на нём несколько мешковато, отчего её обладатель казался невероятно худым.

«Средний рост, внешность невыразительная, более того, незапоминающаяся. Просто среднестатистическая единица учёта».

И тут Багарда встрепенулся. «Это же то, что надо! О таком связнике каждый резидент мечтает. Но придётся немало попотеть с этим парнем».

В это время к нему подошёл лейтенант и протянул личное дело, к которому была прикреплена записка.

– Морозов Алексей Николаевич – не родственник тебе случайно? – спросил Багарда, уже более внимательно разглядывая парня.

– Так точно, – ответил тот. – Очень даже родственник. Это мой отец.

– Вот сюрприз, так сюрприз! Никак не ожидал, что у Алексея Николаевича сын раздолбаем окажется, – усмехнулся капитан.

– С чего это вы взяли? – хмуро глядя из-под насупленных бровей, спросил Морозов.

Капитана нисколько не смутил дерзкий тон парня.

– А куда ты должен был поступать после восьмого класса? В Суворовское? Раз экзамены провалил, значит – раздолбай!

– И вы туда же! – возмущённо ответил Тимофей. – Должен! Ничего я никому не должен. Я туда даже документы не подавал.

– Во как?! – насмешливо спросил Багарда.

– Батю волки загрызли зимой. Ста метров до деревни не дошёл в метель, – опустив глаза, проговорил Морозов. – Я тогда восьмой класс заканчивал. Так что после школы пришлось не в Суворовское идти, а на пилораму учеником.

На несколько секунд воцарилось тяжёлое молчание. Прервал его Багарда, сказавший негромко:

– Извини, погорячился. Расскажешь мне об этом попозже. С Бойцовым давно дружите?

– С первого класса. Восемь лет за одной партой сидели.