Небесные страсти. Рассказы

Ей снова стало смешно, и она, наконец, почувствовала облегчение. Поезд уже тронулся, но ещё не набрал ход. На столике лежала шоколадка. Ах, и шоколадку оставил? Ну, нахал! И чайный пакетик… слегка надорван. Она кинулась взглядом в окно. Вагон уже прокатил мимо станции, но она ещё была видна: «Тайга». Но перрон с тонизирующим названием… был абсолютно пустынен.

Она жадно дорвала пакетик, растерзала шоколадку и вцепилась в горьковато-сладкое счастье зубами: какое блаженство!

Следующая остановка её.

А был ли мальчик?

На интересную тётю в купе одобрительно смотрела девчушка.

Ох, не промах. Но Вера этого не замечала.

Она свободно откинулась на спинку вагонного диванчика, приняла удобную позу и тут же ушла в себя.

Она узнала, что Игорь с Ланой отправились в путешествие по Европе от самого Игоря. Они цивилизованные люди и продолжали общаться друг с другом и после разрыва. К тому же у них дети, которым пришлось много чего наговорить. Для Ленусика, да и для Артёмки, папа вообще в командировки будет часто и на долго уезжать.

А дальше видно будет.

Но чтобы общаться и с Ланой, так же, как с Игорем… нет, это было бы уже слишком. Что произошло, как случилось, что два самых лучших, самых родных ей человека, разумеется кроме отца-матери, предали её?

Лана… Она всегда подсмеивалась над собой. Называла себя старой девой, говорила, что так ей и надо, дурнушке, на которой природа сэкономила, чтобы побольше дать другим. Каждый раз, когда Лана уничижала себя подобным образом, Вере становилось не по себе.

Ей казалось, что Лана апеллирует к ней, именно её упрекает за то, что она, Вера, и красивая, и счастливая. И она всякий раз чувствовала себя немного виноватой перед подругой. Но и жалела, если честно.

И действительно, Лане уже за тридцать, как и ей, а даже романов у неё особо не было. Она вся в работе. Она обожала хирургию и каждой операцией, каждым взмахом скальпеля доказывала себе и миру, что женщина может, имеет право это делать наравне с мужчиной. Она добилась очень многого.

Её знали, как хорошего специалиста в городе, и ей доверяли свои жизни пациенты. Но то, что у неё, в отличие от Игоря, есть потолок, и она его уже достигла, вот этого она не готова была принять.

Они, Вера и Лана, кинулись плакаться в плечо друг другу примерно в одно время. Только Вера о муже, а Лана о работе.

– Меня предала хирургия, тебя Игорь… – печалилась Лана и сочувствовала той, которую называла подругой и которую здесь и сейчас сама же предавала.