Свободное падение

 – Удачи тебе!

Училась Кристина у Регины задним числом. Вспоминала, начиная понимать значения жестов, взглядов, тонкий психологизм поступков. А ещё поняла главное – красивая внешность – это только первый шаг на пути к истинной женственности, всего лишь аванс, данный тебе природой, и сам по себе он ещё ничего не значит, если ты не сделаешь вслед за первым ещё один шаг – главный. Не сделаешь – превратишься в красивую, быстро надоедающую игрушку. А истинная женщина не позволит, чтобы ею играли, она сама будет игроком – тонким, расчётливым, хладнокровным.

Целый год в её жизни не было ни одного мужчины, потом появился Вадик – полная противоположность худощавому и изысканному Артёму. Тягать в качалке железо было главным смыслом жизни Вадика. Красная футболка, не морщась, сливалась с его мускулистым телом, и он казался Кристине большим набухшим от спелости помидором: ткни его посильнее – брызнет соком.

Белка и Петракова были в восторге: строили ей из-за спины Вадика одобрительные физиономии, загибали кверху большие пальцы.

Впрочем, Вадик оказался коротким эпизодом в её жизни. Хвастовство надоело быстро: объем бицепса у него сорок пять, грудная клетка сто двадцать два. Бессмысленные цифры – все их пришлось помножить на ноль, когда дело дошло до постели. А он этого даже не понял – по утрам самоуверенно похлопывал её по щеке: «Ну, как тебе?». Лихо подмигивал. Король!

Она не стала разубеждать – лох должен верить в то, что он король.

Окончательно отшил его от Кристины Тимур. Вообще-то его звали Геннадий Тимарин, но в тех кругах, в которых он вращался, в те годы имя не играло роли.

Ещё в училище подруги говорили ей: «Зачем тебе учиться с твоей-то красотой? Найди богатого коммерса, или бандита и радуйся жизни». Тимур и был бандитом, но его присутствие не входило в планы Кристины. Ей нужен был надёжный и любящий мужчина, а историй о бандитской любви она наслышалась. Увольте.

Она долго не пускала Тимура в свою жизнь. Он деликатно терпел, посмеивался, потом сам вошёл, без спроса.

Видно терпение у него было настроено на короткую волну.

Кристина надеялась, что это останется случайным эпизодом в её жизни, но на второй день в квартиру позвонил Стах, правая рука Тимура:

– Собирайся, он ждёт тебя.

– Передай, пусть катится! – огрызнулась Кристина, рывком пытаясь захлопнуть дверь.

Стах успел вставить ногу. Вместе с дверью сдвинул навалившуюся всем телом на дерматиновую обивку Кристину, – у той тапочки скользили по линолеуму как по льду.