Город Дождей

Он вышел в коридор – и оказалось, что он попал на женскую территорию.

Как раз сейчас, там, в коридоре, маленькая рыжая девчонка отбивалась от вцепившейся в неё зубами, руками и когтями юной особы постарше, с ангельской внешностью и с ярко накрашенными губками. Увидев незнакомца, этот ангелочек «понтанулся» и юркнул в ближайшую комнату. Рыжая осталась, поправляя одежду и причёску. С нескрываемым интересом оглядев Иоганна и сообразив, что он не принадлежит к племени «воспитов», она заинтересованно спросила:

– Вы – чей пахан?

Кролас знал, что паханами здесь называли «классных» отцов, любивших проникать в коммунятник тем или иным способом.

– Оливера, – признался он. – Ты его знаешь?

– А-а, ты – к бойзам, – удивлённо протянула девчонка. – Повезло Кроту… А то, его тут все инкубом дразнят, а он сильно дуется. Теперь никто не будет дразнить! Скажу – пахана сама видела, – и девчонка намеревалась сдёрнуть.

Но Иоганн ухватил маленькую озорную дрянь за конец юбки – и спросил, как пройти к «бойзам».

Девчонка указала на ветхий чулан, в котором хранилось чистое постельное белье, швабры и вёдра. Кролас тут же отпустил её и направился к чулану. Закрыт на замок он не был. Он вошёл туда, и, пошарив в полутемном чулане, обнаружил там маленькую узкую дверь, закрытую на сломанный, висячий замок, в котором торчал ключ. Он снял замок и проник через этот лаз в такую же каморку, только на мужской половине. Через ещё не закрытую им дверь следующей каморки, он успел заметить, как чья-то проворная маленькая ручка тут же закрыла проход на девчоночьи владения.

Выйдя наружу из двойного чулана, Кролас оказался в длинном коридоре, пахнущем мытым старой ветошью полом, котами и какой-то взрывной пиротехникой. На каждой двери был маленький звоночек и номер. На стене около дверей красовались надписи, процарапанные ножом по стеклопласту: «Хмыри», «хабарики», «шопснабы», «жирконтора», «бабы», «хамелеоны», и так далее… Он долго бродил по коридору, не решаясь вломиться в любую дверь, чтобы спросить Оливера.

Комната была на двоих: здесь было две кровати. За столиком около одной из них сидел черноволосый парень с раскосыми внимательными глазами. Он читал книгу, но при появлении постороннего отработанным жестом спихнул её под кровать.