Земная дева. Поэзия о любви

Как же прекрасна! Спасибо тебе!

Свет твой нашёл очертания.

Был бы я богом в мире пустом,

образ свой воплощая,

женщину создал подобной тебе,

лик твой всегда вспоминая.

Птица

Я хочу открыть окно,

и как птица полететь, далеко.

Туда где милый мой живёт,

и дойти мне до него, нелегко.

Я найду тебя по свету,

что лучится над тобой, милый мой.

Это есть твоя примета, потому что,

ты – ангел мой.

Буду жаворонком петь,

и будить тебя я нежно, мой родной.

Только ты услышь меня,

распознай ты в птице деву, дорогой.

Я любимая твоя,

и хочу с тобою быть, милый мой.

Ты впусти, впусти меня,

распахни свои ты окна, мой родной.

Без тебя я потеряюсь,

в мире для меня чужом, дорогой.

Кто мы

Ничто не вечно под луною,

один из классиков сказал.

Я не согласна, возражаю,

совет от сердца дам я вам.

Не жди дурного ты от жизни,

ищи ты сам достоинство и стать.

Чтобы с уверенной душою

навеки сердце им отдать.

Второй мудрец сказал,

побойтесь вы своих желаний.

И вновь я с ним не соглашусь.

Я не боюсь своих мечтаний,

они как ниточка меня ведут.

А те другие, кто боится и думает,

что нет у жизни лучших благ.

Мне очень жаль их, потому что,

они заранее выбрасывают белый флаг.

И только с третьим соглашусь,

что время – наш союзник, а не враг.

Узнать другу друга без остатка

поможет нам лишь только так,

держа как рефери на расстоянии,

не допуская близко нас.

Так кто они? Умы земные,

которые уже познали боль,

а мы – глупцы, не понимая,

шагаем в бездну напролом?

Я вижу так: кто хочет счастья,

к достойным должен он идти.

Я так хочу! Я так желаю!

Чтобы свое в пути найти!

Любви наказ

Красивой сказкой как преданьем,

я свой поведаю рассказ.

Узнаешь ли себя в ней, вряд ли,

но в ней сокрыт любви наказ.

«Из глубины сибирских дол

навстречу южным степям,

взлетел красивейший орёл,

к своей судьбе навстречу.

Крутил он долго над полями,

не зная где тот край.

Его охотник заприметил,

на мушку его взял.

Раздался выстрел,

и как камень орёл на воду пал.

Нет, не погиб он и не ранен,

охотником он окольцован стал.

Теперь что хмелем опоенный,

сидит он на плече как не живой.

Он всё забыл: куда летел,

о чём мечтал, и наконец, кто ждал его.

А должен был взлететь повыше,

от глаз людей под облака.