Безликий

– Что?

Вот так всегда, как только появляется потребность напрячь мозги.

– Я говорю, что автор этот мог потерпеть  fiasco в обычной жизни по разным причинам. Предположу, что с людьми у него совсем не ладилось, а себя он считал умнее всех. А что, если этот писака ошибался? На мой взгляд, принимая слова отдельного человека как догму, вы решаетесь возможности получить собственный, возможно, противоположный и более удачный опыт.

– Значит, ты утверждаешь, что писатель ошибался? А, следовательно, мы с другом тоже.

– Я ничего не утверждаю, а лишь допускаю возможность этого.

– И как же проверить эту твою возможность?

– На личном опыте. Больше никак.

– Ну а что, если я не хочу проверять? Что, если догма меня вполне устраивает?

– Устраивает – на здоровье.

– Я запуталась. Тогда зачем ты вообще начал этот разговор?

– Мы же вели диалог, разве нет? Ты сказала, что все люди – посредственности. Мне стало интересно, почему ты так думаешь. Ну, и так далее.

– Но должен же быть какой-то вывод? Логическое завершение.

– Я пришёл к выводу, что человеку лучше жить, опираясь на личный опыт.

– А я к этому выводу не пришла. Я сказала, что догмы меня устраивают.

– Твоё право. Кто я, чтобы тебя переубеждать? Поживёшь, следуя догмам, какое-то время и сделаешь выводы.

Она устало вздохнула.

– Ну, почему всегда так?

– М-м?

– Как только мне кажется, что у нас всё хорошо, ты начинаешь свои заумные рассуждения, и я снова чувствую себя беспомощной.

Я задумался над её словами.

А было ли у нас когда-нибудь всё хорошо на самом деле?

– Мне жаль, – только и смог ответить я.

Пустись я и дальше умничать, она, наверное, заплакала бы. Сейчас я могу понять, почему она чувствовала беспомощность рядом со мной. Но тогда, в двадцать пять, я был слишком занят собой, чтобы думать о ком-либо ещё.

Шли дни, я продолжал тренировать искажения во времени и пространстве. К тому моменту я научился собирать всё это внутри одой точки. Реальность протекала там без изменений, я видел и слышал её, но меня в ней не было.

Я наблюдал за происходящим со стороны, не упуская ни одной мелочи. Но меня самого там не было. Потрясающее чувство! Всё то, что недавно оставляло на мне рубцы, теперь было размером со спичечную коробку. Но это была лишь одна из ступеней на пути создания изнанки,и я это очень хорошо понимал.

– С тобой всё нормально? – нарушил мой сон голос друга.

Надо отметить, что лица у меня тогда всё ещё не было.