Ирландский поэтарх

Из всех хороших женщин и мужчин,

мужчину выбирают навсегда.

У него худшее из всех имен.

Она на это просто отвечает,

что у него красивый баритон

и в глазах его холод обитает.

II. ДО СОЗДАНИЯ МИРА

Она сделает темней ресницы,

глаза поярче наведёт,

губы алые, как у блудницы,

всё в порядке, идёт вперёд.

В зеркалах образ застынет,

без тщеславия он будет опознан,

найдётся лицо, что не сгинет,

после того, как мир был создан.

Вдруг посмотрю я на мужчину,

словно на любимую свою,

кровь моя никогда не остынет,

а сердце ёкнет, его люблю.

Он считает меня жестоким,

думает, единственный кумир.

Я хочу, чтоб он был одиноким,

до того, как был создан мир.

III. ПЕРВАЯ ИСПОВЕДЬ

Допускаю, вдруг шиповник

запутался в моих волосах,

но не травмировал терновник,

пульсировала кровь в висках.

Нет ничего, лишь лицемерие,

да кокетство среди дам.

Жажда правды и доверия,

за это я вам всё отдам.

Я готов на самоотречение

и для мужского внимания.

Это даст удовлетворение,

моему телу и сознанию.

Я уберу яркость с Зодиака

и не поверю своим глазам.

На мне есть отпечаток знака,

пустая ночь ответит небесам.

IV. ЕЁ ТРИУМФ

Я был драконом, пока ты не явилась,

ведь я любовь случайную встречал.

Импровизировал, играл на милость

и твоему платку упасть не позволял.

В лучшее время, минутные крылья,

поднимали страсть до самых вершин.

Кольца дракона придавали мне силы.

Я был сумасшедшим, оставаясь один.

Освободился, цепи разорвал, оковы,

как Персей и Георгий Святой.

Мы с удивлением смотрели на море,

там птица кричала над волной.

V. УТЕШЕНИЕ

Мудрость, это и есть утешение,

так мудрецы говорили без откровения,

пока тело живёт во времени,

голова хочет ласки прикосновения.

Вот от чего человек утешается,

а страсть становится глубокой,

а преступления совершаются,

не думайте о них, они жестоки.

VI. ИЗБРАННЫЙ

Выпал жребий для любви.

Я уже много познал однако.

Вышел имидж на свои круги,

Вращающегося Зодиака.

Прикоснувшись к телу моему

и появившись с запада сначала,

из-под земли, как-будто наяву,

она в постели на моей груди лежала.

Я боролся с ужасом рассвета,

великое удовольствие для мужчины,

с новобрачной проснуться где-то,

вычерпав всю долю половины.

Сердца оказались во тьме и тишине.

Они плыли по чудесному ручью.