Молево

Не сказывает, куда ходит. Тайна такая у него. Выдумщик большой. Изобретатель. Кхе…

Дверь отворяется наотмашь, входит лев.

Всеобщее оцепенение.

Первой сознание приспевает девушке Ксении.

– Наверное, он кушать хочет, – говорит она шёпотом.

– Хе-хе. И с кого из нас начнёт? – Мирон-подпольщик медленно принимается оседать со стула, вытягивая ноги под стол. Нащупывает в кармане киянку со штихелями, но сомнение преодолевает его движение, и он ничего оттуда не вынимает.

Ксения молча сгребает содержимое стола в одну кучу, связывает уголки скатерти в единый узел, поднимает всю снедь над собой, направляется к двери.

Лев отодвигается вбок, давая ей выйти. Девушка с поклажей идёт на огород, опускает узел между грядок, развязывает его.

Лев, немного повременив, издаёт из пасти зычный звук, немного напоминающий интонацию поэта Николошвили, выходит вслед за Ксенией. Там, на огороде, меж овощных посадок, он заваливается и с некой чванливостью приступает к изучению снеди в скатерти. Ксениюшка бочком-бочком возвращается в избу, запирает дверь на засов, усаживается за голый стол, произнеся облегчённое «ух».

– Дела, – Павел Савич подходит к маленькому низкому окну и оглядывает за ним иные овощные угодья, не попуская глазам остановиться на льве.

И остальные бывшие сотрапезники подтянулись к окнам, подчиняясь любопытству.

А лев спокойно и с достоинством уплёл остатки еды из каждой тарелки, тщательно их вылизывая. Оглянулся на избу, где окна заполненны изумлёнными лицами людей, покивал головой, опуская веки.

– Умненький, – прошептала Ксения, – Благодарит.

Лев развернулся и удалился прочь. Мгновенно откуда-то на огороде очутился родственный ему по масти барашек и немедля шмыгнул вслед за ним.

13. Налево

Мирону-Подпольщику не захотелось дальше слушать о Васильке. Он отпрянул от окна и вышел погулять. Так и сказал:

– Пойду, погуляю.

У других постояльцев тоже отпала охота внимать продолжение повести о Васильке, бессовестно перебитой львом.

Никто не пытал метрдотеля и галериста, чтобы тот окончательно выдал всю его подноготную. Посмотрели на ваятеля, как бы провожая его в последний путь, да скорбно опустили головы. Иди, мол. Смелый, однако.

За окном, у дороги появился возничий. Он по счастливому случаю не заметил тут никакого зверя, да направился наугад встречаться с «дружбанами». До того распряг изабеллового коня. Тот благодарственно и важно отошёл на лужайку, да пощипывал жёсткую травку.