Пушкин навсегда

Да я уже могу достать!» – подходит он к стене и тянется вверх. Перестаравшись, нечаянно может удариться головой, тогда, оправдываясь, говорит: «Слишком высоким вырасти нельзя – не поместишься дома».

Мидхат же, хотя плохо, но помнит отца… А раз помнит, то считает своим долгом поправлять всё, что ни скажет братишка.

Сегодня вот эти пацанята встречают четвёртую весну войны…

Мутахар, потирая пятки, озябшие и покрасневшие словно гусиные лапки, обращается к брату:

– Мидхат! Айда поиграем на крылечке, там теплее!

– Только ведь вышли! Уже замёрз?

– Ноги замёрзли.

Мидхат недовольно ворчит:

– А ты, оказывается, нытик! И ещё говоришь, что станешь солдатом!

У него у самого-то ноги тоже замёрзли, но он не хочет подавать виду, ведь он старше. А Мутахару так хочется стать солдатом, поэтому он не остается в долгу:

– А вот и стану!

– Нет, не сможешь! – продолжал Мидхат, но уже усаживаясь на крыльце. – Ну, во что же будем играть?

– Давай, как будто чай пьём.

– Не-е, это девчачьи игры.

– Ах… а мы, мальчишки, ведь тоже чай пьём?!

Мидхат понимал, что с братишкой спорить бесполезно, поэтому махнул рукой: «Наливай!»

Мутахар начал «разливать чай» в кусочки фарфоровой посуды, которые когда-то сам и собирал.

– Чего молока-то не наливаешь?

– Брат, мама ведь корову продала, поэтому чай у нас без молока.

Вспомнив, что мать действительно ещё осенью продала корову, старший с грустью вздохнул.

– Мы сейчас пьём чай понарошку. Значит, и молоко у нас есть. Понял? Вон наш телёнок, будто бы он вырос и стал коровой.

– Ладно, – кивнул в ответ Мутахар и начал ставить в ряд кусочки из глины. – Ешь, Мидхат, хлеб, ох и много ж его у нас…

Внезапно он умолк. Уставился на брата и, чуть не расплакавшись, тихо промолвил:

– Брат, я есть хочу.

– Погоди, Мутахар, давай доиграем.

– Не-е, я не буду больше играть.

– Ну вот… Подожди, не плачь! Такой большой – и плакса. Дождёмся мамы. Если сейчас покушаем, вечером останемся голодными. Ты этого хочешь?

– У меня болит вот тут, – Мутахар, тяжело дыша, показал на живот.

Мидхат по-всякому старался его успокоить.

– Скоро вернётся отец. Разве не слышал, мама говорила-когда он вернётся, у нас и хлеба, и картошки будет навалом?..