Спи

Я согласен стать тобой.

– Неужели? Я была в этом уверена.

– Но только на одну ночь, – Андрей пригрозил потолку пальцем.

Ничего не произошло. Андрей все так же смотрел на свою кровать, только строго сверху. Комната выглядела непривычно, все вещи отдавали только верхнюю свою проекцию в сознание потолка. Общие ощущения были довольно странными: Андрей чувствовал легкий холодок и странное давление в теле со всех сторон, если у него, конечно, было тело. Даже приятно так вот растянуться от стены к стене и расслабиться, хоть это и было не возможно, но парень решил думать, что он максимально расслаблен и попробовал заснуть.

К его великому ужасу ничего не изменилось.

Сон не собирался появляться совершенно, скорее всего, из-за того, что ему попросту некуда было прийти и, в целом, не был нужен.

Жизнь внизу немного ускорилась – тело Андрея жило своей жизнью, продолжая мучаться от недостатка сна, после оно нашло себе девушку и, после свадьбы, переехало в квартиру побольше, забрав с собой и последние надежды настоящего Андрея вернуться в прежнюю жизнь.

Он попросту не понял, как переселиться обратно после завершения назначенных ему суток.

В помещение под Андреем заселилась новая пара жильцов, но он даже не успел их рассмотреть, как их сменили другие и другие. Однажды даже ребенок очередных постояльцев воткнул в парня игрушечное копье, оказавшееся достаточно крепким, чтобы вонзится в сантиметровый слой штукатурки. Это зрелище нельзя было назвать скучным, ведь каждый новый человек привносил в комнату что-то совершенно новое, от ярко-салатового дивана на замену старого и совершенно не модного, да еще и испорченного кошкой прошлых жильцов, до набора антикварных стульев, на которые никому нельзя было садиться.

Или было интересно наблюдать за небольшой настольной лабораторией, в которой перегоняли непонятную синюю жидкость, после ее наливали на алюминиевые подносы и давали затвердеть. Дальнейшей судьбы всех этих колбочек и банок Андрей не знал, их вскоре увезли люди в форме. Семьи менялись, люди приходили и уходили, под этой мелькающей картинкой потолок начал утомляться и, впервые за много прожитых в таком образе лет, Андрей почувствовал, что утомился и начинает засыпать.

– Наконец-то, – тихо сказал он, попытавшись пошевелить хоть чем-то, но так и остался монолитно висеть над спящей в кресле девушкой со сборником Бродского.

Андрей почувствовал, как проваливается в холодную пучину сна, прямо перед тем моментом, как проснулся от внезапного удара в стену.