НеЖизнь. В поисках тепла и смысла

Теперь я знаю наверняка, что правда тоже может быть чужой, даже если она мамина.

Сорочка

6 лет.

Мама, мамуля, мамочка! Куда же ты без меня? Я не хочу сидеть дома с папой. Пожалуйста, возьми меня с собой. Я буду молчать! Я буду терпеть, если захочу в туалет. Я съем всё, что вы мне дадите, даже эти противные зелёные оливки. Только не уходи без меня! Хочешь, я уберу все свои игрушки быстренько? Могу и пол вымыть. Может, я слишком мало сегодня почитала для тебя?

– Почему с тобой нельзя? – спрашиваю я робко с надеждой.

– Что ты там делать будешь? Вести себя сначала научись! – прозвучал грозный ответ.

Боюсь встретиться с мамой глазами.

– Ты не любишь меня больше? – плачу я.

– Не говори глупостей! – произносит мама, и я расслабляюсь, умолкаю и тут же слышу: – А за что любить-то? Ты зачем эту кофту напялила? Это в сад! Сними, испортишь, – говорит мне самая родная женщина, куда-то собираясь без меня.

Вот и издала последний писк моя надежда маминым голосом. Её больше нет, но есть обида, раздражение, злость, нетаковость.

А я и не хочу с тобой! А больно надо! Мы тут… С папой… Он спать будет. А я ему не мешать. Когда я вырасту, то пойду туда, куда захочу. И буду носить то, что мне нравится. Сама себе всё буду разрешать…

Прошлое не исчезает. Невидимое, неслышимое, оно лежит в нас тяжёлым грузом в ожидании того самого мгновения, когда ты расслабишься, дашь ему место. Пройдёшь, справишься с ним, пересмотришь когда-то принятые детские решения, разрешишь другим думать о тебе что угодно, при этом не ранясь, а себе позволишь им не верить.

28 лет.

«Вот это да! Как вечернее платье!»

Моё внимание на витрине магазина привлекла сорочка. Да не простая, а шёлковая, с журавлями летящими. Вообще я пришла только за хлебом. Но ноженьки принесли меня на второй этаж торгового центра. Минут десять я уговаривала себя уйти быстро, не тратить время. Для чего мне такая штука во время сна? Я ж её видеть не буду. Потом всё-таки решила купить сорочку, раз не уходится совсем.

Дома на смену восторгу пришёл страх. Я отпарила свою обновку, повесила её на вешалку и пришла в ужас от того, что это же я её сейчас надену, помну, испорчу. Знаю прекрасно, что ничего не произойдёт! Просто снова программа убогости запустилась по умолчанию.

Фото сорочки полетели во ВКонтакте моим подружкам. «Супер», «вау», «класс», «где купила?». Запечатлён её образ не только в моей памяти, но и в недрах всемирной паутины. Теперь можно и надеть – испортить.