Встречи с нимфами

3

Кундрюцкова позвонила в домофон в половине восьмого вечера, когда Раздорская и Вязигин ужинали на кухне.

– Это Елена! – сказала Раздорская мужу, поднимаясь из-за стола.

Тот озабоченно сдвинул светлые брови и со вздохом поднялся тоже. Вдвоём они направились в прихожую и минуты две молча ждали на пороге, заранее открыв входную дверь. Из лифта к ним вышла маленькая, как подросток, молодая женщина в синих джинсах и парке цвета хаки, из расстёгнутого ворота которой выглядывал чёрный кардиган, с дамской сумкой на плече и чемоданом-самокатом за спиной.

– Только что прилетела? – спросила Раздорская.

– Нет, в Домодедово я была уже в половине четвёртого, – оживлённо заговорила гостья с радостной, но всё же не вполне натуральной, неприятной улыбкой на узком лице. – Но сразу к вам не поехала, потому как знаю, что вы оба работаете до вечера. Я зашла в кафе, что в самом аэропорту, и посидела там…

– Летела через Минск? – продолжала расспрос Раздорская.

– Да, это самый короткий маршрут, за отсутствием прямых рейсов.

Есть ещё через Ригу и даже Тбилиси. Если б знали, с каким тяжёлым сердцем я отправлялась! Здесь для меня небезопасно, однако есть дела в московских издательствах…

– Позвонила бы, и я тебя встретила бы…

– Добралась я без проблем, а вы со мной и так ещё намучаетесь…

– Не говори ерунды! Со старой подругой посидеть – всегда радость!

– Давайте к столу, мы как раз ужинаем, – вставил Вязигин. – Имеется балычок, а к нему коньячок…

– Ну разве что за компанию, – сразу согласилась Кундрюцкова.

 – Вообще-то я не голодна…

После рюмки коньяка гостья покраснела, в голосе её появились хрипловатые нотки, а её маленькие желтоватые глазки заблестели маслянисто. Взглядом мечтательным, с поволокой она смотрела то на Раздорскую, то на Вязигина, то на обстановку тесной кухни, и Вязигину казалось, что она довольна тем, что видит.

– Бедновато мы живём, наверно? – спросил он её. – Я видел в интернете фото вашей сияющей киевской кухни размером с нашу жилую комнату…

– Да, у меня в Киеве квартира получше, – спокойно согласилась она, потягивая вторую рюмку.

 – Но у вас тоже неплохо, уютно. А что касается условий моего существования в Украине, то их создали не для меня лично. Просто я волей-неволей оказалась своего рода символом, из моей жизни в Украине сделали витрину.

– И что же вы символизируете?

– Прогрессивное российское общественное мнение, которое сочувствует стремлению Украины в Европу.