Назад в СССР

Философия Петра

(рассказ)

Работа не шла, не хватало запчастей, чтобы закончить ремонт двигателя, и мужики, махнув на всё рукой, решили сообразить. Мастер отсутствовал, и надзора особого не было. Один лишь Пётр, как всегда, не поддержал компании. Он стал раскладывать инструменты, думая о чём-то своём. Мужики уже привыкли к тому, что Пётр отказывался с ними посидеть, отпускали в его сторону сальные шуточки, стараясь поддеть. Да только он на это никак не реагировал. Пётр, в общем-то, никому не мешал, начальству не докладывал, если что.

Но в то же время был обособленным в бригаде. Поэтому мужики не очень его жаловали, считая Петра белой вороной и называя меж собой «лохом».

Пётр и с виду-то отличался от всех в бригаде. Не очень высок, всегда аккуратен, не было в нём показушной мужицкой удали, размашистых движений, крутого гонора. У Петра и философия была на всё своя. Он не любил болтунов и лоботрясов. Когда мужики заводили разговор о бабах, то Пётр лишь поправлял, как бы невзначай: «Не бабы, а женщины» – и отходил в сторону, продолжая какое-нибудь дело.

И лишь однажды высказал своё мнение:

– Мне без разницы, какие у женщины ноги – длинные или нет, блондинка она или брюнетка, лишь бы она была моей женщиной и ничьей больше.

Такая философия мужиков рассмешила и долго ещё они по этому поводу язвили в адрес Петра, мол, ничего ты в жизни не понимаешь, да и где уж тебе с твоими чопорными манерами.

Пётр лишь молчал, считая, что объяснять этим людям – терять время зря.

Его удивляло, как могут мужики большую часть своего времени проводить в разговорах за бутылкой, рассуждая ни о чём, да пошло и зло шутить.

Может, так каждый и остался при своём мнении, если бы не несчастный случай с Петром.

При ремонте одного агрегата Петру одной из железяк придавило ногу. Была раздроблена кость, и он оказался в больнице. Мужики, сидя в очередной раз за бутылкой, решили навестить Петра – так, от нечего делать. Дымов по этому поводу даже изрёк:

– А что, мужики, хорошая идея, пусть он и лох, но всё же человек.

В больнице Петра не оказалось, и мужики направились к нему домой, заодно они решили удовлетворить свое любопытство – своими глазами увидеть, как же живёт Пётр.

Дымов, ухмыляясь, по дороге говорил:

– Посмотрим, такой ли у него аккуратненький дом, как он сам.

Двор у Петра был большой. Не ожидая увидеть такие постройки, вся бригада как бы приостановилась, и Дымов прикусил язык.