Беллетрист

Был передовиком, – думал Дмитрий, – и вдруг разом сдал. Впрочем, так ли уж сразу? Может, время пришло уступать место молодым? Нельзя же быть все время первым. Годы уже».

Лаптев прошел в слесарное отделение, закрутил головой.

– Меня, что ли, потерял? – вышел Дмитрий из-за вальцев.

– Раму Вершинин сейчас торцанет. Можно будет собирать. Надо сегодня собрать форму, – наказывал Виктор.

– Успею – успею, не успею – не успею.

Будь на месте Дмитрия кто-нибудь другой, Виктор нашелся бы что ответить, что значит «не успею».

С Дмитрием же Виктор терялся, робел. Дмитрий человек был немногословный, в годах. Специалист. И Виктор не хотел бы портить с ним отношения.

В четыре тридцать Дмитрий закончил с формой.

6

С созданием малого предприятия в цехе заметно прибавилось работы. Было много заказов на памятники, оградки, погребные ямы. На первом месте оставались ремонтные работы, завод.

Последнее время стала падать дисциплина в смене. Ранними стали уходы на обед, с работы. Во вторую смену обед по расписанию в шесть тридцать, а в шесть пятнадцать никого уже не было в цехе.

Виктор сделал Клавдии замечание, так она два дня дулась, не разговаривала. На третий день только заговорила.

В слесарном отделении был перекур. Вадим рассказывал, как начальство било лосей, ночью вывозило туши животных на уазике из леса. Вадим сам видел эти туши.

Где-то рядом закричала кошка, их было в цехе две.

– Ух ты! – вскочил Вадим, затопал ногами. – Замолчи, проклятая!

– Что, на нервы действует? – с усмешкой спросил Лаптев.

 – Плохо стали работать. Конец месяца – надо бы поднажать, а мы сидим, курим. Откуда зарплате взяться? Сегодня вполне можно было собрать крылатку. Вы ее не собрали.

– Не успели. Что мы, лошади? – обозлился Вадим. – Если бы мы сегодня собрали крылатку – все равно больше бы не заработали. На прошлой неделе я за двоих работал, резал фланцы. Зуев ушел в отпуск. А мне заплатили за двоих? Ничего подобного! У нас не принято платить за проделанную работу.

Если бы я знал, что сколько заработаю, столько и получу, тогда можно было работать.

– Ну надо, Вадим, и совесть иметь, – обиделся Лаптев.

– Кому нужна эта совесть! А кто довел страну до такого состояния, у того была совесть? Или главное, чтобы у народа была совесть?

– А сам ты, Виктор, как работал? Забыл? – Плотников мог и напомнить. – Мастером стал и заговорил сразу по-другому.

– Почему «по-другому»?.. – растерялся Лаптев.