Беллетрист

Но как купить? Очередь, по словам знакомого, растянулась аж до дороги, это метров на сто. К пяти часам очередь удвоится, если не утроится; в худшем случае – спиртное закончится. Надо было торопиться, искать транспорт.

У электрика был грузовой мотоцикл, вместо коляски ящик, мало ли что увезти, привезти. Иван иногда ездил и за спиртным, выручал.

Иван был у себя, в мастерской, что-то сверлил для планера.

– Скоро полетим, значит? – как бы между прочим заметил Пашков.

– …как только, так сразу, – заученно отвечал Иван.

– Иван, голубчик, съезди за водкой, – за всю компанию просил Пашков. – Сидорчук уходит в отпуск. Надо по этому случаю… сам понимаешь.

– Успокойся, не плачь. Одно дело сделал, переходим ко второму. Давай! – протянул Иван как лопату-ладонь.

– Дай тебе бог здоровья! Вот молодец! – затанцевал Сергей.

Через полчаса Иван уже был в цехе с товаром. Пашков на радостях пел. Пили после работы у Сидорчука дома.

Часть четвертая

1

Не за что было работать: в магазине пусто, а если что и появлялось – по договорным высоким ценам.

– Эй ты, старый хрен! Хватит шуметь! – ругался Дорофеев на Плотникова. – Как перекур, так он начинает шуметь! Хитрый, старый хрен.

– Что, без меня и покурить не можете? – обращал Алексей неприятный разговор в шутку, наждак все же выключил.

– Иди сюда, покурим! – махнул рукой Пашков.

Плотников прошел за вальцы, закурил. Алексей не держал зла на Вадима: был не лучше, тоже хамил. Два сапога – пара. Если бы Алексей захотел стать другим, то у него ничего бы и не получилось: коллектив знал его как балагура и не хотел знать другим. Одна возня Плотникова с Зойкой чего стоила. Комедия.

Зойка с ведром, веником под мышкой прошла к станку Бушмакина подметать.

– Зойка, иди сюда! – вытянув тонкую длинную шею, замахал руками Плотников.

– А ну тебя!

– Ишь, не в настроении, – довольный, объяснил Плотников. – Вчера мужик ее пришел с работы пьяный и сразу завалился спать. Даже не удовлетворил. Хмелевой жаловалась. Зойку, мне кажется, трудно удовлетворить. Худая – жадная.

– Это от организма зависит, от темперамента, а не от худобы, – запальчиво принялся объяснять Вадим. – Думаешь, худая, так много надо? Не всегда.