Беллетрист

Все равно по-твоему не будет.

– Все, Борис, молчу. Работали, работали и без заработка остались… Негуманные у нас законы.

– Так и будем работать – по тарифу, за просто так. Зачем стараться на кого-то работать?

Валиев с Пустеевым были уже не работники.

5

Большим событием в жизни цеха стали квартальные, иначе – приработок. За сверхплановую продукцию на восемьдесят рублей в среднем выросла зарплата. У Вершинина в первый месяц вышло аж пятьсот рублей. О такой зарплате можно было только мечтать. За такие деньги можно было работать.

Следующие квартальные уже были скромнее. А еще через месяц приработка не стало. Предприятию был навязан стопроцентный госзаказ.

– Только рабочий человек поднял голову, свободно вздохнул, как его прижали. Треснули по голове, поддали коленкой под зад! – не скупился Чебыкин на выражения. – Рабочий человек опять во всем разуверился. Народ обозлен. Раньше как-то веселее было. А сейчас в праздник не слышно, чтобы пели, играла гармонь. Не знаю, к чему мы придем.

– Что хотят, то и делают, – вторил Чебыкину Пашков.

 – Зачем нужен был закон о госпредприятии, если его можно переиначить, кому как удобно?

– Я, Сергей, так понимаю, – имел Леонид Иванович и на этот счет свое мнение. – Не все у нас за перестройку. Не всем она пришлась по душе. Много у перестройки врагов. Я лично верю Горбачеву. Правильную он ведет политику. Он за народ.

– Смешно даже… появились талоны на мыло! Водки не стало. Государство совсем обеднело. Повырубали виноградники. И кому лучше сделали? Кто захочет, тот напьется.

«Все на борьбу с алкоголизмом!» – выворачивая губы, передразнивал Пашков нерадивых руководителей государства.

– А все-таки, Сергей, пьяниц меньше стало.

– …а преступность выросла.

– Преступность и раньше была большая. Только раньше все скрывали, утаивали. Народ был в неведении.

– До чего довели народ. Правильно один выступил на съезде, мол, народ совсем обнищал. Прожиточный минимум в стране сорок рублей. Как на эти деньги прожить?

– Очень много у нас дармоедов, прихлебал, – заговорил Бушмакин.

 – Я точно знаю, что на зарплату машину не купишь. Надо голодным сидеть.

– На спиртное у тебя, Анатолий, сколько уходит?

– Ну сколько? – легко догадался Бушмакин, к чему клонил Бобров. – Четыре, пять раз в месяц я беру спиртное.

– А в праздники и того больше. Ну так вот, в год шесть бутылок… Это шестьдесят-семьдесят рублей. Плюс табак. За десять лет ты мог бы купить машину, если бы не курил и не пил.