Ска3очки

Ваня слушал-слушал, да и вспомнил, как он дома ласточкино гнездо из пустого любопытства разворошил… ох, как ему стыдно стало! Аж уши покраснели! Вот он дурень-то был!..

– Ласточки-касатушки, птички небесные, простите меня, никогда больше я вам беды не принесу, никогда-никогда гнёзда разорять не буду! Малой был… ничего не понимал… – Ваня вздохнул. – Рук-то ведь нет у них, а у меня есть, и я этими руками труды их погубил… Правильно маманя сказала: что разрушил – надо починять…

– Слушал ты мать-то, оказывается, – удивилась ящерка.

 – А я думала, в носу клады искал! – хихикнула.

– Конечно, слушал! Материно слово что родниковая вода: исцелит и мудрости прибавит завсегда, так батяня говорил, – серьёзно ответил Ванятка, вздохнул и полез дальше.

Но, видать, зря он перерыв делал: чуть-чуть оставалось до вершины, самую малость, Капелька уже радостно вертелась у него на плече, как пальцы, уцепившие пучок травы, выдрали его с корнем, вторая рука попыталась схватить воздух, ноги дрогнули, и Ванятка с криком сорвался с обрыва.

Ящерка, заверещав от страха, вцепилась пастью в какую-то сухую былинку, лапками засучила, чтоб помочь мальчику, но куда там! Он полетел вниз, она осталась висеть на честном слове, мотаясь туда-сюда. Даже крикнуть не могла! Глаза выпучила, чтобы не свалиться, думать начала, как быть: вверх попробовать залезть или всё же вниз: первую помощь оказать? Ведь обещала матери защитить её чадо, а в результате что?! Сама, вишь ты, ловкая какая: болтается тут жива-целёхонька, а от парнишки, может, мокрое место осталось… Ой, как же ей нехорошо стало… Покраснела вся с головы до обрубка хвоста… Мысли разбежались… Пока заново их в кучку собирала, мимо Ваня пролетел.

Ящерка глаза ещё больше вытаращила: как так?! Спустя мгновенье позеленела от радости: не сам, конечно, он пролетел, чай, не птица какая – сотни ласточек-береговушек клювиками в его одежду и волосы вцепились, да дружными усилиями не дали мальчонке упасть, подняли наверх, на траву опустили.

Ванятка сразу на ноги вскочил, начал птиц благодарить и кланяться. Ласточки ещё за уши его пощипали в наказание за прошлые проделки и разлетелись по своим делам – птенцов кормить надо, некогда тут с тобой любезничать! Мальчик с облегчением сел на травку: ноги-то всё ещё дрожали, как услышал какое-то мычание со стороны обрыва. Лёг на живот и осторожно подполз к самому краю.