Неисповедимы пути туриста

Такую нелепую процедуру должен был пройти каждый пассажир чартерного рейса. Справедливости ради, я уже несколько раз пытался позвонить по, указанному в билете, телефону, но вместо ответа слышал в трубке только короткие гудки. Четверть века назад мы ещё не являлись, как сегодня, абонентами мобильной связи и разговоры с Израилем производили из уличных таксофонов. Это вовсе не являлась простой процедурой: для этого надо было набрать код, включающий в себя около двух десятков цифр. Сейчас, пока Эдик заправлял наше средство передвижения, я набрался наглости и, зайдя в небольшой магазинчик, попросил продавца позвонить со своего телефона.

В этом месте произошла неприятная осечка. Я вдруг вспомнил, что, работавшие со мной в одном отделе, коренные израильтяне перед нашей первой заграничной поездкой инструктировали меня:

– Во-первых, в целях личной безопасности не говорите на иврите, а во-вторых, не сообщайте никому, откуда вы приехали.

С первым запретом проблем не было, так или иначе, в любом случае мы общались на нашем родном, великом и могучем, русском языке. Со вторым табу произошёл неожиданный срыв. Я сказал улыбчивому немецкому господину, что мы приехали из Москвы. В этот момент он дозвонился до аэропорта и попросил наши авиационные билеты, чтобы сообщить номер рейса и дату вылета. Закончив разговор, он не преминул, как, собственно, и все экономные немцы, взыскать с меня плату за разговор, а потом, как-то не по-доброму улыбнувшись, спросил:

– Вы же сказали, что вы из Москвы, так почему в билете написано, что полёт в Тель-Авив?

Я покраснел от собственного лицемерия и, отведя глаза в сторону, стыдливо проговорил:

– Просто так получилось, что мы летим в Москву через Тель-Авив.

Хозяин магазинчика, как мне показалось, не очень благожелательно похлопал меня по плечу и гротескно пророкотал:

– Вам нечего бояться у нас в Германии. Мы до сих пор сожалеем о том, что сделали нацисты во время войны.

Когда, уже сидя в машине, я рассказал друзьям о произошедшем инциденте, Эдик, сбросив скорость быстро мчавшегося автомобиля, философски заметил:

– Скорее всего, что этот мужик прав, но, наверное, не на все сто процентов. Думаю, что совсем не зря израильские самолёты в аэропорту встречают броневики, а не длинноногие немецкие фрейлины.