Счастье пахнет тобой

«Так мечтала об этом подарке…»

Так мечтала об этом подарке:

я в Сокольники еду гулять –

буду в старом заснеженном парке

о тебе вспоминать, вспоминать…

И обняв, как тебя обнимала,

и целуя кленок молодой,

вспомню я, как тебя целовала

в этом парке под ранней звездой.

Вспомню всё из далёкого лета,

но без слёз, без жестокой тоски:

голос, взгляд шоколадного цвета,

нежный трепет любимой руки…

И, забыв все свои огорченья,

вспомнив твой удивительный смех,

я – в подарок себе – в день рожденья

стану самой счастливой из всех.

    06 декабря 1996

Ложь

Её слова – жестокая игрушка,

грозящая немыслимой бедой:

они всего лишь айсберга макушка, –

погибель притаилась под водой.

И не одно доверие утонет,

и не одна поникнет голова,

и не одна душа в слезах застонет,

приняв за правду лживые слова.

«Достигая, я себя так утомила…»

Достигая, я себя так утомила:

всё спешила, всё боялась опоздать.

Из достигнутого многое немило,

и не надо было вовсе достигать.

Но тогда, поверьте, искренне считала

и уверена была на сотню сот:

это то – чего мне так недоставало,

без чего душа грустит, а не поёт.

А теперь уже не те приоритеты,

и желания давно уже не те, –

научите дуру мудрые поэты:

чтоб достигнуть, как приблизиться к мечте?

Сил физических осталось маловато,

а душевные и вовсе на нуле:

я не та уже, какой была когда-то:

еле ползаю по матушке-Земле.

Но как прежде также манят достиженья, –

научите, дайте главное постичь, –

принимаются любые предложенья,

как желаемого взять… да и достичь.

«Счастье скомканным листком…»

Счастье скомканным листком

получилось,

будто в зеркале кривом

отразилось:

там, где радость глаз была,

впадина;

а улыбка где цвела –

вмятина.

Тот комочек теребя,

долго выла:

«Как кручинушка тебя

исказила!»

«Как придумано и кем…»

Как придумано и кем

это горькое «зачем»?

и больное «почему?»

Вряд ли я когда пойму,

почему так получилось

и зачем произошло?

Миг… и всё переменилось:

всё завяло, что цвело;

что горело, вдруг остыло;

горьким стал воды глоток,

и погасло, что светило;

почему живой исток

в пересохший превратился?

где та чистая вода?

и зачем тот миг случился,

разлучивший навсегда?

«Сколько в поле травинок…»

Сколько в поле травинок –

столько горьких слезинок

по тебе пролила.