II. Аннеска

Муж сотворил движение рукой, в которой покоился факел, и лик его на мгновение осветился полностью. То, что я узрела в отблесках огня, изумило меня до глубины души, лишив дара речи.

Ноздри явившегося моей судьбой человека были проколоты кольцами, в которых держалась цепь, устремляющаяся как к бровям, так и к центру нижней губы, где так же были вдеты кольца. Я бросила взгляд на руки незнакомца, благо света было достаточно, чтобы узреть их. Перста странника были покрыты сталью, как будто заменяя ему кости, может быть, так оно и было.

Сия особенность окончательно обескуражила меня, погрузив в ступор и вызвав вскоре истошный крик, эхо которого раскатилось по всему лесу.

– Кто посмел ступить в рощу сию без моего ведома? – вопросил незнакомец голосом, похожим на скрип деревьев. Тон его был недобр и не располагал к промедлению.

– …Я прошу прощения. Я упустила всякую возможность узнать, куда я в действительности направляюсь, – молвила я. – Неведение привело меня в сии владения, как я понимаю, имеющие хозяина.

– Неведение?! – медленно повторил человек, в его интонации слышались и восклицание и вопрос. – Неведение воплощается во множестве вещей, но чаще всего в тех, что обрывают нашу жизнь.

Немного помедлив, он добавил:

– Бесславно.

Факел в руке незнакомца, казалось, на мгновение запылал ярче, осветив всю его фигуру, демонизм и немыслимость которой поражали меня до глубины души.

– Но я верую в Бога, добрый человек! – без тени сожаления и опасения ответила я, дивясь своей откровенности.

 – Владыка оберегает верующих в него, следующих тем путем, что он указал, что указал его Сын, предательски распятый на кресте иудеями!

– Хм, каждый из нас верует в Бога… – проговорил человек несколько мягче, слегка покачав головой, отчего цепи, обвивающие его лицо, мелодично зазвенели. – Однако, Творец дарует нам лишь рождение, он не имеет власти над нашей дальнейшей судьбой.

Путь к спасению и гармонии мы ищем сами. Без его участия.

– Меня удивляют ваши речи. Я всегда была убеждена, что и Бог, и ангелы хранят нас на протяжении всего нашего бренного существования, – ответила я, поражаясь той ереси, что была сказана моим собеседником.

– Нельзя надеяться на его благодать! – воскликнул старец, выслушав меня. – Дева, ты слепа и надменна! Ты устраняешься от совершенствования своей души и отдаешь ее во власть Бога.