Ложная игра, или Одинокие в толпе

Хотя даже эти тёплые, щемящие грудь чувства сейчас были не менее теплы, чем иногда бывают «запланированные», переходящие в своеобразный ритуал, а не моментальное выражение чувств, объятия. Сейчас она чувствовала, ощущала её куда ближе, чем находясь с ней в соседней комнате.

Забытьё мыслей прервал чей-то пристальный взгляд, точнее, безудержное и даже более чем настораживающее ощущение того, что на девушку кто-то уже довольно долго безотрывно смотрит. Затаив дыхание, Таисия медленно обернулась в сторону дверного проёма.

Сердце бешено заколотилось, а затем будто на мгновение и вовсе замерло, когда всё тело вздрогнуло от неожиданности и секундного ужаса. Из чёрного проёма не затворённой до конца двери на неё уставились два светящихся глаза, и, прежде чем рациональные мысли взяли верх над испугом, в голове пронеслась куча неосознанных, но вводящих во временный шок оторопелости предположений.

– Мр-няу, – деловито растянуто раздался чей-то голосок, а через несколько мгновений тёплый свет каюты осветил лоснящуюся пепельную шёрстку потёршейся о косяк кошки, которая теперь села, так же внимательно смотря на Таисию, но уже в обозримом для последней месте.

Облегчённо, но всё же ещё отрывисто выдохнув, девушка разглядывала вошедшую особу. Её шерсть была средней длины, особенно распушаясь на светлой грудке, панталонах и хвосте. Переливающиеся серебром ушки направлялись в сторону Таисии, однако одно из них едва заметно то и дело поворачивалось в сторону коридора, оставляя подконтрольной, казалось, всю обстановку, царящую на судне.

Понаблюдав ещё немного за незнакомкой, кошка вальяжно зевнула, от чего длинные белые усы на время веером переместились вперёд, а на фоне розового ротика обнажились длинные клычки. Причмокнув, она медленно направилась к Таисии. Лапки без преувеличения и оспаривания этого факта со стороны любого из находящихся на борту хозяйки судна темнели книзу, переходя дымчатыми оттенками к пушистым «тапочкам».

Усевшись рядом с кроватью, кошка ещё раз, но уже более тихо и менее продолжительно, мяукнула, смотря на гостью. Её голос был немного пискляв, что несколько капризными и своенравными нотками только подчёркивало аристократическое происхождение дамы. От края её зелёно-жёлтых, подведённых тёмными, а после контрастно светлыми шерстинками глазок отходили две аккуратные более тёмные, чем основной цвет кошки, полоски.