Ложная игра, или Одинокие в толпе

Он словно понял, что причина вовсе не в находившихся здесь моряках. Немедля он поспешил ей вслед.

– Молодцы, – менее интонировано, медленно, не столько разгорячённо, сколько раздосадовано, сквозь вновь окутавшую помещение тишину произнёс капитан.

После паузы, на автомате возвратившись к трапезе, мужчина импульсивно, но не бросая, отложил столовые приборы. Эмоционально отмахнувшись от сидящих за столом, он пробубнил себе под нос, судя по всему, нечто неприятное по отношению к собравшимся, вскоре отворачиваясь от них, выдыхая и завязывая руки у груди.

* * *

– Стой! Тая! – юноша бежал по коридору, не замедляя шаг, даже когда увидел Таисию, – послушай, я… – немного запыхавшись, скорее больше от волнения, чем от бега, вымолвил он, останавливаясь рядом.

– Я хочу побыть одна, – отрезала та, чуть замедлив ускоренный шаг.

Положительно угукнув, Грэгард всё же продолжил следовать за ней.

Пройдя ещё немного, девушка резко обернулась и посмотрела на него. Их взгляды соприкоснулись.

Сейчас её глаза были так близко, как, казалось, никогда раньше, и от того у юноши вновь пробежали мурашки. Так же, как и тогда, ещё в городе… Она смотрела с каким-то нежным укором, который, впрочем, сейчас был не так уж нежен, как однажды, но от того не менее манящ. Сердце девушки забилось ещё сильнее, и на мгновение она отвела взгляд.

– Я тоже, – вырвалось у юноши, и он почти неуловимо дёрнул плечами, а когда Таисия удивлённо обернулась, казалось, что прежняя улыбка заиграла на устах Грэгарда, а рука коснулась кончика носа.

– Одна – это значит наедине с собой, – уже на ходу, не оборачиваясь, произнесла девушка нарочно замедленно и с какими-то учительскими, строгими нотками раздражённости, но и с теми, которые читаются, когда уходит грусть и кажется, что теперь уже хочется улыбнуться, тем не менее не позволяя себе и мысли о том.

– Я тоже, – повторил Грэгард без ноток смущения, наоборот, даже с лёгким ироничным раздражением, подражающим ей, – хочу побыть наедине… – произнёс он уже мягко и нежно, но всё так же уверенно, – с тобой.

Думалось, что после прозвучавшей фразы Таисия вновь обернётся к нему, скользнув на мгновение задержавшимся взглядом, но они уже вышли на палубу, обдуваемую солёным ветром, в ту же секунду развеявшим грузность и затхлость прежних мыслей и обид.

Где-то вдалеке кружили чайки. Помимо просторов водной глади, судно, более последних, окружали просторы небесные.