Лабиринты памяти

Все это делалось в шутливой манере, но все равно обращало на себя внимание.

Мы были молоды, готовы ехать куда угодно, бесстрашны и на здоровье не жаловались.

Всего, включая провожатого, нас было пятеро. Оказалось, что выдвигаться надо среди ночи. Выехали вовремя и, трясясь в военном уазике, допытывались у нашего туркмена, куда же мы все-таки едем. Тот делал хитрый многообещающий вид и молчал как рыба. За неделю до этого наш друг водил нас в горное ущелье, где было настоящее логово змей, и тоже ни о чем нас заранее не предупредил.

Я, например, к змеям привычный, но все равно получил хорошую дозу адреналина.

Судя по направлению движения, мы ехали куда-то на север, в сторону города Небит-Даг, сегодня это Балканобад. Дорога оказалась пыльная и тряская. Ехали часа полтора-два. Перед самым рассветом, когда было еще темно, машина остановилась в обычном месте, где пустыня граничила с невысоким горным массивом. Ярко светили звезды, вокруг царила полная тишина. Наш гид раздал каждому по фонарю, построил нас друг за другом и попросил двигаться за ним и не отставать.

Пройдя небольшое расстояние в сторону гор, мы обошли несколько больших скал и остановились у пологих камней метров по пять высотой каждый. Между ними в земле зияла небольшая расщелина. В эту расщелину и начал пролезать наш провожатый. Мы немного напряглись, поскольку еще хорошо помнили змеиное царство. А тут полная темнота и неизвестность.

Перед тем как пролезть в дыру, мы довольно долго в четыре фонаря изучали пространство под землей и пытались уступить друг другу дорогу.

Скорее всего, мы простояли бы там еще дольше, но в лучах фонарей вдруг появилась злая туркменская физиономия и сказала нам, что еще пять-десять минут промедления и идти будет уже некуда. Мы ничего не поняли, но послушались. Оказалось, что внутри нас ждет довольно любопытная просторная пещера. Размер прохода за щелью был метра три-четыре в диаметре и по мере нашего продвижения вниз он еще расширялся.

Происхождение пещеры определить было трудно.

Она явно не была рукотворной, но и на русло высохшей подземной реки тоже не походила. Поверхность стен и потолка казалась неоднородной. Местами ее испещряли острые крупные и мелкие камни, местами она имела достаточно ровный и живописный вид.

Туркмен спешил, идти за ним было непросто. Несмотря на фонари, все постоянно спотыкались и отставали. Так мы постепенно удалились от входа, как мне показалось, метров на сто пятьдесят.