Новгородовская ведьма. Повесть

Что он сказал бы обо мне, если был бы жив, что мог подумать!?» Тут заиграла музыка, это был вальс, он увидел свой дом, тот старый дом, где родился и вырос. Большие окна были открыты настежь, длинные до самого пола шторы колыхались на ветру, вся комната была наполнена светом, он был таким ярким, что слепил глаза. А вальс всё играл и играл, казалось эта музыка исходила из ниоткуда, она была такой красивой и завораживающей. Звуки казалось, немного притихнут, то опять громко зазвучат.

– Валентин Данилович! Дорогой, вы только не засыпайте, нельзя, замерзнете, – открыв глаза, Плешаков увидел перед собой Игната.

На его лице была улыбка.

– Метель стихает, вон теперь видно куда ехать. А ну-ка посмотри, посмотри, кажется, там виднеются огни или мне кажется? Действительно было очень холодно. Дрожь была во всём теле. Плешаков поднялся из саней и посмотрел вдаль. Метель почти совсем стихла, среди тёмных туч появилась луна, своим холодным ночным светом она осветила всё вокруг.

Было видно бесконечно белое поле, небольшие снежные барханы при освещении лунным светом отбрасывали тени и были похожи на волны в океане. Вдали отчётливо были видны посадки и начинался овраг. Он тянулся далеко средь заснеженных полей и уходил за горизонт. А с другой стороны, действительно, похоже стояло село. Присмотревшись лучше, Плешаков с радостью крикнул:

– Это село! Я отчётливо вижу дома и свет, там горит свет!

Глава 2

– А ну-ка, милая давай, ещё немного осталось не подведи – разговаривал Игнат с лошадью, как будто она действительно его понимала.

Они поднялись на небольшую сопку из низины и вдоль оврага проехали к деревне. До крайнего дома оставалось совсем немного, около километра. Был виден свет в окнах, а со двора доносился лай собаки. Только лошадь никак не хотела идти дальше она почти остановилась, похоже, что-то чувствовала, чего-то боялась. Дед слез с саней и взял её за узду.

– Ну, чего же ты боишься, глупая, вот сейчас тебя овсом накормлю, водой пою, осталось-то совсем ничего, Господь помог нам спас от лютой смерти.

– Может там кабан или ещё хуже волк, а дед Игнат? – Спросил Плешаков.

– Да какой, волк. Они к домам так близко не подходят, собак боятся. Измоталась совсем, бедняга, вот и капризничает. Ну, ничего, ничего почти дошли.

Не прошло и четверти часа, как заблудившиеся путники подошли к дому, стоявшему на самом краю деревни.