О чём поют камни? Три дружбы одного Камушка

Буквально этим утром он, наконец, пришёл к мысли, что помочь строить муравейник – не значит предать Гору.

Конечно, Камушку было неприятно и страшно делать что-то новое. Но он подумал: «Я ведь всё равно почти не пою каменную песню. Только думаю неприятные мысли. Если я буду помогать муравьям, мне будет некогда думать неприятные мысли. И вдруг тогда я снова смогу петь для Горы?»

– Здорово! – обрадовался Муравей-строитель и чуть цветок не бросил от радости. Но не бросил, потому что был очень ответственный.

– Как мне помогать? – спросил Камушек.

– Ты говорил, что умеешь петь. Можешь петь нам, пока мы строим. Нам петь некогда. Но когда мы слышим пение, нам веселее работается.

– Я подумаю, – предупредил Камушек. – Я медленный. Пока.

Первая муравьиная песня

Камушек долго обдумывал, можно ли петь муравьям каменную песню. Можно ли вообще петь её вслух?

Он несколько раз открывал рот, чтобы попробовать:

«Я Гора, я был Горой, я всегда буду Горой. Вокруг меня мои братья.

Тогда Камушек решил немного переделать каменную песню, чтобы она получилась муравьиной.

Мысленно порепетировав, он снова открыл рот и запел:

«Я муравей…»

– Эй, шпион, – постучал по нему лапой Муравей-стражник. – Ты это с кем разговариваешь?

– Я пою.

– Зачем? – прищурился Муравей-стражник.

– Чтобы помочь строить.

– Это больше похоже на шпионаж.

Камушек удивился. Камни круглые сутки заняты одним и тем же – своим желанием стать Горой и пением. Раньше он не обращал внимания ни на что, кроме пения, и не знал, что другие обитатели Горы ведут себя днём и ночью по-разному. Например, муравьи на ночь закрывали входы и все, кроме стражников, перемещались внутрь муравейника. Там у них тоже было много дел.

– Я не знал. Пока, – на всякий случай попрощался Камушек с Муравьём-стражником и замолчал до утра.

Ещё раз первая муравьиная песня

Как только рассвело и муравьи открыли свой дом и засновали туда-сюда строители, Камушек снова запел:

«Я муравей, я был муравьём, я всегда буду муравьём.

Пение Камушка прервал дружный громкий хохот. Десятки муравьёв бросали свои дела и ноши и от смеха катились по склону муравейника.

– Эй, шпион, – снова постучали по Камушку. Муравей-стражник вытер слёзы, выступившие от смеха.