История одной творческой личности

 – Завтра помиритесь.

– Да при чем здесь Тамара! – воскликнул он. – Первый раз со мной такое, понимаешь?!

– Послушай, Лорен, не делай трагедии из пустяка.

– Хороши пустяки!

– Плюнь! Сейчас выпьем, закусим… Или вот что… Давай пригласим других дам? Попробуешь еще разок. Вдруг получится?

Он посмотрел на меня как на привидение, поднялся и вдруг скользнул вдоль стеночки к выходу.

– Старичок, теперь ты знаешь, где можно славно повеселиться, – напутствовал я его. – Приходи в любое время. Один или с девицами.

Лорен вдруг сиганул, как заяц, в открытую дверь, а там его и след простыл.

Выпив с чувством и расстановкой еще рюмочку коньяка, я вышел во двор и устроился на лавочке под высоченной корабельной сосной. Хорошо!

Калитка открылась.

На кирпичную дорожку ступила румяная и полная благообразная старуха, этакая бабушка-сказочница, бабушка-няня, закутанная в три кофты.

– Здравствуйте, Вадим Федорович! Мой дед передал, что вы велели прийти.

Ага, вот она какая, Фекла Матвеевна!

– Не велел, Фекла Матвеевна, а просил.

– Наверное, хотите, чтобы я приготовила ужин, – продолжала она, тепло улыбаясь.

– Я хочу, Фекла Матвеевна, – ответил я, – чтобы вы посидели немножко рядом со мной и рассказали про моего дядюшку.

– Да уж не знаю, чего и рассказывать, – развела она руками, однако на скамеечку села. От нее пахло топленым молоком и свежим хлебом.

– Что он был за человек?

– Человек как человек. Приличный. Вежливый. Порядок в доме любил.

– Вы приходили убирать в башенке?

– Это на верхотуре? А как же! Там-то он и писал свои бумаги. Ночи напролет.

– Писал или печатал на машинке?

– Никаких машинок я у него не видала. Рукой он писал. Шариковой ручкой. А вот что да зачем – врать не буду. Свои бумаги он всегда держал под замком. Ничего

– на столе не оставлял. А хоть бы и оставлял – мне без разницы. Я его каракули еле-еле разбирала. Да и сама не шибко грамотная. Так приготовить вам ужин?

У меня вдруг разыгрался аппетит.

– А не состряпаете ли пельмени, а, Фекла Матвеевна?

– Это можно, – покладисто кивнула она. – Пельмени у меня как раз фирменное блюдо. Ваш дядюшка уважал их без памяти. Бывало, по две сотни за раз откушает. Вам

– какие – сибирские, уральские? С маслицем, с уксусом?

– Или, может, обожаете со сметанкой?

– На ваше усмотрение, Фекла Матвеевна.

– Не сомневайтесь, – по-домашнему улыбнулась она. – Жить будете как у Христа за пазухой.